Бронза кончилась. Меня в ней нет. Остаётся только надеяться, что результат не совсем провальный. Я почувствовала, как краснеют мои глаза, пропуская имя за именем.
– У меня сто семьдесят два! – услышала я вскрик Майны около своего уха.
Осталась я. Давай же, пожалуйста! Сердце без устали отбивало не менее ста двадцати ударов в минуту.
Имена на первом экране кончились, и я поспешно перевела взгляд на второй:
Перед глазами всё начало расплываться от мокнущих глаз. Только не реви, Ариана, прошу. Не здесь, не на людях. Дотерпи до дома.
Тут и там слышались восторженные и разочарованные возгласы. Толпа зашевелилась: кто-то спешил покинуть конкорс, а кто-то пробиться ближе к экранам. Я не двигалась с места. Голоса, суета, шум и гам – всё перемешалось в голове, а сердце вырывалось из груди.
– Рина! – воскликнула подруга около моего уха. – Я ловлю тебя!
Да, лови, а то от этого сумасшествия я сейчас потеряю сознание.
– Эй, – Даррен ухватил меня за плечо, – ты видишь себя?!
Нет, я ничего уже не вижу! Всё просто плыло перед глазами, а я стояла не в силах вымолвить и слова.
– Ты не туда смотришь, Рина! – крикнула Майна.
Не хочу я никуда смотреть, просто замолчите все!
Я вытерла глаза, а Майна протолкнула меня через толпу в сторону первого экрана.
– Туда смотри! – Она указала пальцем на самый верх.
Я подняла голову.
При виде собственного имени сердце сжалось. Я крепко сомкнула глаза, отчего по щёкам наконец потекли горячие слёзы.
– Рина, ты чего? – проговорил Даррен, подходя ко мне.
Я прикрыла лицо руками и уткнулась ему в плечо.
– Всё хорошо, слышишь? – подбодрил друг, приобнимая меня.
Я кивнула несколько раз, не отрываясь от его плеча. Слёзы так и текли, отчего майка Даррена быстро намокла.
Всё хорошо, всё просто замечательно. Меня ждёт потрясающее будущее. Спасибо, Звёзды!
Двести баллов – как легко и быстро это число загорелось напротив моего имени в самом верху экрана. Помню, с каким облегчением моё сердцебиение стало приходить в норму. Я, конечно, ожидал получить высокий балл, но не думал, что он будет максимальным. Из пятидесяти тысяч учеников, сдававших экзамен в этом году, всего у троих набралась такая цифра: у меня, у Морал и у одного высоченного уайтера по имени Бруно. Ещё семеро набрали сто девяносто девять баллов, что является крайней мерой золотого статуса. В их числе я был рад увидеть Ариану Делор. Молодец девочка.
Итого десять золотых выпускников, которые своим первым танцем будут открывать бал. Так уж вышло, что количество мальчиков и девочек совпало, а значит, у всех будет пара. И нетрудно догадаться, кто эту пару составит мне.
– Разделитесь по двое, – сказала миссис Колтер (преподаватель танцев), как только началась репетиция.
Мы с Морал даже не двинулись с места. Подруга сразу ухватила меня под руку, не давая и шанса попытать своё счастье другим девочкам.
Я с интересом стал наблюдать, как распределяются остальные пары. Третий и последний блэкер пригласил какую-то уайтершу. «Белых» было больше всего: целых пять человек. Грэйеров всего двое и обе девочки. Они стояли в сторонке, дожидаясь, пока кто-нибудь из оставшихся уайтеров их пригласит. В моей голове почему-то пролетела шальная мысль. Нет, выкинь это из головы, Леон.
Даже не будь рядом Морал, я бы всё равно не пригласил Ариану. Для меня хватило всего того шума, что понесла за собой наша встреча в библиотеке, из-за которой мне впервые пришлось объясняться перед Мэрэдит. Я честно рассказал ей, как всё случилось на самом деле. Умолчал, конечно, о некоторых фактах, но зато даже сказал, с кем именно был. Мэрэдит ничего не ответила, лишь как-то недоумённо на меня посмотрела. В общем, пригласи я сейчас ту же грэйершу танцевать со мной, всё выглядело бы очень странно и одним только недоверчивым взглядом Мэрэдит я бы точно не отделался.
Я увидел, как к Ариане подошёл тот самый Бруно Мельсон – парень столь же высоченный, как и его балл. И чего это она так ему улыбается? Хотя какая мне разница?
