– И вакансия останется свободной. Это будет означать хаос, катаклизм, хотя, наверное, что-нибудь предусмотрено…
– Кого же хотели бы вы на этом месте видеть?
– Не знаю, – сказал Даугенталь. – Если бы коллега Рей и эта девчонка сделались одной личностью, это было бы самое лучшее из всего, что мне известно. Но этого нельзя, и они еще не люди. Пойдете вы, ждут вас…
– Я не пойду.
– Вы пойдете и причините огромный вред. Я знаю, что вы намерены сделать.
– Я не пойду, но снова спрашиваю вас: почему вы так недобры? Да, я сделал бы то, чего вы боитесь, если бы пошел, но почему вы этого боитесь?
– Потому что этим способом вы можете покончить вообще с человечеством – расой разумных существ. Да, горько, что люди страдают, но страдая, они развиваются, эволюция продолжает идти…
– Пусть развиваются не страдая?
– Он думает, это возможно! – желчно произнес Даугенталь. – Страдание – плата за эволюцию, а эволюция – единственный признак того, что существование имеет логический смысл.
– Оно его имеет?
– И он обнаруживается в эволюции! Что могли бы, думать о смысле своей жизни вирусы, водоросли, мхи, лишайники, на какое отчаянье были бы осуждены? Но мы знаем, что жизнь их имела великий смысл: они подготовили для нас планету, сделались нашими предками. Рассуждайте по аналогии, смысл всякого существования обнаруживается только в следующем эволюционном слое – только потомки…
– Обнадеживающее заявление!..
– Ха! – отозвался Даугенталь. – Но я пока говорю о логическом смысле, коллега! Наша логика, наш интеллект не обнаруживает в существовании этого смысла, намек на него усматривается в эволюции. Но душа о нем подозревает! Это нелогично, что человек желает жить, нелогично, но мудро. Смотрите-ка: логично поступивший самоубийца объявляется сумасшедшим – и никто из вас не удивлен. Когда вы стоите там, под окошками, вы думаете о смысле жизни? Нет, вы его просто имеете! Правильно, что человеку этого мало, потому что он не вирус и не мох, он может сам вести свою эволюцию, искать логический смысл, который есть тайна. Отвечу, сколько сейчас могу: человек – сам ключ ко всем тайнам, а лучше сказать, он сам должен превратить себя в этот ключ, как это делается – не загадка, мы каждый день это делаем, только всегда ошибаемся. Мир же не так глуп, как нам кажется, чтоб нам довериться. Испорченный ключ открывает фальшивые двери! Так и останется, пока вся наша деятельность будет пародией на те, что мы должны были бы делать по-настоящему. Вот вам еще: жизнь кажется бессмысленной тому, кто не ищет в ней смысла или делает это вяло. Энергичные поиски – даже одни только поиски, коллега! – уже снабжают нас этим смыслом до отказа. Величайшие тайны открываются не умнейшим, а настойчивейшим – тем, кто неотступен Думаете, зря называли греки Платона божественным, думали, что Пифагор и Эмпедокл имеют сверхъестественные возможности? Не входя в детали, одержимость, углубленность в тайны мироздания на самом деле приносят знание этих тайн.., и кое-какое умение! Может быть, и сама логика не столь неуязвима и должна быть преобразована. Может быть, должны быть преобразованы мы сами, чтоб возникла новая логика.
– И может быть, – подхватил странник, – то, чего вы боитесь, – это и есть нужный путь…
– К тупику, – сказал Даугенталь.
– Не может быть! Но если и так, пускай человечество даже не развивается, только не страдает.., не страдает, как нынче – горько, унизительно, недостойно даже существ, которые не обладают разумом! – Сказано это было с истинной страстью.
Даугенталь ничего не ответил.
– Ну. – сказал Биллендон, – я так и не понял, кто победил маленький Давид.., или маленький Голиаф! Даугенталь рассмеялся.
– Поздно спорить! Профессор Аусель, если вы хотите взять у своего сыщика отчет, вытащите его из-под лестницы, Иначе он стащит письмо.
По сведениям, полученным от г-на сыщика, за истекшие месяцы? нотариус отлучался из своей конторы только однажды: на прошлой неделе он посетил некое частное убежище для престарелых в пригороде столицы…
Г-н Аусель еще вечером чуть не ринулся продолжать срои поиски. Его кое-как уговорили дождаться хотя бы рассвета – решающий аргумент Биллендон выставил из своего шкафчика со спиртным… Надобно отметить, что интерес, проявленный г-ном Ауселем к содержимому шкафчика, был на этот раз не слишком пылок – только достаточен, чтобы внять разумным советам. Но на заре, когда внезапный звон колоколов взбудоражил весь дом, г-н Аусель окончательно собрался в путь. Его не удерживали Даугенталь напоследок сказал:
– Не надейтесь найти то, что ищете, коллега: найдете то, чего не ищете!
Г-н Аусель не ответил. Он поднялся по ступенькам до открытой двери, перешагнул высокий каменный порог и оттуда, из глубины ниши, ведущей наружу, крикнул им:
– Я скоро вернусь!
– Ты уже вернулся, – как бы про себя – и довольно загадочно – пробормотал Даугенталь.
