Стеклянный цветок полностью

Она его игнорирует.

Ну скажи что-нибудь. Что угодно. Имя, звание, телефонный номер, мне все равно. Каков твой знак? Любимый цвет? Ты любишь пиццу с анчоусами?

Девушка молчит.

Отлично. Тогда я не стану терять время.

Нахмурившись, он стучит в дверь.

Полицейский открывает дверь снаружи.

Полицейский. Вы уже закончили, доктор Лейк?

Том. Пожалуй, да.

Он собирается выйти.

Кошка (тихо). Кошка.

Том. Она заговорила… (Обращается к полицейскому.) Наверное, мне потребуется еще несколько минут.

Полицейский закрывает дверь, и они остаются вдвоем.

Том. Ты что-то сказала?

Кошка (спустя мгновение). Кошка.

Том. Кошка? Это уменьшительное?

Кошка. Кошка. Имя. (Смущенно улыбается.) Тоэ Мае.

Кошка говорит с легким акцентом. Ничего определенного, что позволило бы определить страну или место, но музыкальный ритм в ее словах подсказывает, что она здесь чужая.

Том. Вот как. Тоэ Мае. Тоэ Мае Лейк. (Пауза.) А как насчет адреса? У тебя есть семья? Друг? Человек, с которым ты бы хотела связаться? (Никакой реакции.) Откуда ты появилась?

Девушка поднимается с пола.

Кошка. Земля.

Том. Это кое-что проясняет. А с какой части Земли?

Кошка. Ангелы.

Том. Ангелы… ты имеешь в виду Л. А.? Лос-Анджелес? Отсюда?

Кошка. Не отсюда. Оттуда. Ангелы.

Том. Ладно. И как ты попала оттуда сюда?

Кошка. Дверь.

Том. На автостраде. Дверь автомобиля?

Кошка. Дверь между. (Нетерпеливо.) Сейчас уходить, Тоэ Мае. Уходить. Выходить.

Она встает, решительно подходит к двери, пытается ее открыть. Дверь заперта. Она смотрит на Тома, ожидая, что он поможет.

Том. Сейчас эта дверь открывается только для меня. Извини.

Настойчиво, но мягко он отводит ее от двери, затем возвращается и стучит. Полицейский открывает дверь.

Том. Послушай, моя девушка — адвокат. Я поговорю с ней. Больше я ничего не могу для тебя сделать.

Кошка. Не знать адвокат.

Том. Должно быть, ты из другой страны.

Он уходит, дверь закрывается, и рассерженная Кошка бросается на кровать. Она в ловушке.

Машина Тома, маленькая «мазда миата», останавливается перед ветхим деревянным домом, на берегу моря.

На большой старинной кровати под смятой простыней спит женщина. На заднем плане видны полки, набитые книгами по медицине и юриспруденции, а также романами в мягких обложках. Над кроватью выделяется плакат в рамке о выступлении Гарри Гудини. Женщине в постели немногим меньше тридцати, она хорошенькая, у нее длинные рыжие волосы. Ее зовут Лаура. Том садится рядом с ней на постель, нежно касается плеча. Лаура откатывается в сторону, протестующе бормочет. Том трясет ее посильнее. Она открывает глаза.

Лаура (сонно). Том? Это ты? Сколько времени? Ты только что вернулся? (Смотрит на часы.) О боже, еще слишком рано. Уходи. Оставь меня в покое.

Поворачивается к нему спиной и натягивает простыню на голову. Том мягко стаскивает простыню обратно.

Том. Просыпайся. Кофе готов. Давай в душ, а потом надевай свою шляпку стряпчего. Мне нужна помощь.

Том слегка отодвигается. Лаура вздыхает, потягивается. Потом садится на кровати, сердитая, но проснувшаяся.

Лаура сидит за кухонным столом. Она накинула махровый халат, но еще не успела причесаться. Она держит в руках дымящуюся чашку кофе и слушает. Том нетерпеливо расхаживает по кухне.

Том. Говорю тебе, в этой девушке есть нечто странное.