ЛОРА: Я ходила в музей искусств и в птичий дом в зоопарке. Каждый день я заходила к пингвинам! Иногда я оставалась без обеда и отправлялась в кино. Последнее время я проводила дни в Драгоценной Шкатулке, в этом большом стеклянном здании, где они выращивают тропические цветы.
АМАНДА: И все это ты делала, чтобы обмануть меня, просто ради обмана?
ЛОРА: Когда ты бываешь расстроена, мама, у тебя на лице появляется это ужасное выражение страдания, как у матери Иисуса на картине в музее!
АМАНДА: Тсс!
ЛОРА: Я не смогла бы это выдержать.
АМАНДА (безнадежно перебирая пальцами огромную записную книжку): И что мы будем делать всю оставшуюся жизнь? Сидеть дома и наблюдать как праздник проходит мимо? Дорогая, забавляться со стеклянным зверинцем? Вечно слушать эти затасканные пластинки, которые оставил ваш отец, как болезненное напоминание о себе? У нас не будет карьеры в бизнесе – мы все это бросили, потому что у нас от него нервное несварение желудка! (Она тяжело смеется.) Что осталось в нашей жизни, кроме зависимости? Уж я хорошо знаю, что случается с незамужней женщиной, которая не подготовлена к работе. На Юге я встречала такие жалкие случаи – старые девы, которых едва терпят, живут на скудной милости зятя или невестки! – загнанные в маленькую комнатушку как в мышеловку – всегда поощряемые погостить у других родственников – маленькие женщины-птахи без гнезда – всю свою жизнь жующие корку унижения!
Разве это то будущее, что мы себе рисовали? Клянусь, это единственный вариант, который приходит мне в голову! (Она замолкает.) Не очень приятный вариант, гм? (Она снова замолкает.) Конечно – некоторые девушки выходят замуж.
Тебе когда-нибудь нравился какой-нибудь молодой человек?
ЛОРА: Да, нравился однажды. (Она встает.) Недавно я случайно наткнулась на его фотографию.
АМАНДА (заинтересованно): Он подарил тебе свою фотографию?
ЛОРА: Нет. Это из школьного выпускного альбома.
АМАНДА (разочарованно): А-а – парень из школы.
ЛОРА: Да. Его звали Джим.
АМАНДА (рассеянно): Что?
ЛОРА: Эту оперетту ставил выпускной класс. У него был чудесный голос, и в классе мы сидели на соседних рядах каждый понедельник, среду и пятницу. Вот он с серебряным кубком за публичные выступления! Видишь его улыбку?
АМАНДА (рассеянно): У него, должно быть, веселый нрав.
ЛОРА: Он называл меня – Синие Розы.
АМАНДА: С чего это он называл тебя таким именем?
ЛОРА: Я болела плевритом – и он спросил меня что со мной случилось, когда я вернулась в школу. Где-то у врача я прочла латинское название этой болезни и ответила ему, что у меня был сильный плюрозис – а ему показалось, что я сказала Синие Розы!4 После этого он стал всегда называть меня так. Как только он увидит меня, сразу закричит, «Привет, Синие Розы!» Мне не было дела до девушки, с которой он встречался. Эмили Мейзенбах. Эмили одевалась лучше всех в Слодане. Хотя, она никогда не казалась мне особенно искренней… В отделе Личная Жизнь сказано – что они помолвлены. Это – уже шесть лет тому назад! Наверняка сейчас они уже женаты.
АМАНДА: Девушки, которые не зацикливаются на своей карьере в бизнесе, обычно выходят замуж за какого-нибудь приятного человека.
ЛОРА: Но, мама –
АМАНДА: Да?
ЛОРА
АМАНДА: Вздор! Лора, я же говорила тебе, никогда, никогда не произноси это слово. Что значит калека, когда у тебя всего на всего небольшой дефект – даже едва заметный! Когда у человека есть какой-нибудь маленький недостаток, такойкак у тебя, он усиливает другие свои стороны, чтобы с лихвой возместить за него – развивает обаяние – и жизнерадостность – и – обаяние! Это все, что тебе надо сделать! (Она снова поворачивается к фотографии.) Единственное, что у твоего отца было в достатке – так это обаяние!
