Действительно, разве может какая-то заместительша Главного врача рядовой областной больницы помешать научному прогрессу? Это тогда, как вся страна стремится к повышению уровня образования! Когда профессора начали возвращаться на Родину. И вскоре любой МНС уже ни за что не пожелает отбыть на ПМЖ в Западный рай! Полюса резко поменялись – дома стало намного лучше грамотному специалисту. Во-первых, потому что дома. Во-вторых, среди понятного собственного народа, опять же, потому что дома! Здесь нет препятствия в языковом барьере, совершенно понятна, хоть и не всегда предсказуема, реакция русского человека. Никто тут не привык к западному потребительскому взгляду на жизнь и науку, в том числе. Как можно задержать научный прогресс, когда его двигает Государство?
Несколько дней назад Рим с Владимиром читали черновой вариант статейки, где говорилось об их совместной работе. Острый журналистский язычок язвительно сообщал о бессилии медицины. Смело предполагалось, что теперь нас будут врачевать исключительно математики, к тому же фундаменталисты, которые сами не знают, чего там изобретают! А вскоре они, как дважды два, докажут, что и инфаркт миокарда, и рак – тоже не болезнь! А что? А = В и равно С! Умер человек, но это ведь не значит, что он болел! Вот что нам сообщает уважаемый доктор наук B.C. Иванов! А г-н Любимов Р.Н. расписывается в собственном бессилии!
Лечить он-де вовсе не может, да и не умеет, а пускает больного шизофренией на самотёк! Известны же науке случаи ремиссии безо всякого лечения! Вот это и использует, не иначе как аферист, доктор Любимов! Мало того, теперь математик Иванов берётся доказать вовсе несусветную чушь! До чего мы дойдём? Эдак скоро признаем, что женщина создана из ребра мужчины, а мужчина из глины или из чего-то ещё!
Журналист яростно взывал к разуму читателей, призывал к сознательности граждан!
«Долой мракобесов, тянущих нас в Средневековье»!
На этой мажорной ноте заканчивалась пышущая ненавистью статья, точнее черновик, так и не попавший в печать. Автор уже уволен, к тому же дал показания о заказчике памфлета.
Молодым учёным осталось похохотать над необычным взглядом на своё творение.
– И что теперь? – спросил Рим.
– Ничего, – равнодушно сказал Владимир, – союз журналистов взбудоражился, завопил о свободе слова, демократии и прочих великих ценностях. Но им намекнули, что кроме свободы слова и демократии, существует ещё полузабытое понятие – патриотизм.
– Так ведь они пойдут дальше, в международную организацию!
– Не пойдут.
– Почему?
– На Западе наши работы приняли, мало того, успешно развивают. Кстати, тебе интересно, кто наказал писаку?
– Примерно я догадываюсь.
– Скорее всего, ты не прав! – подскочил Иванов с места.
– Как это?
– Сама Липутина завернула статью!
– Она с нами, но надолго ли?
– Навсегда.
– Как только она сумеет подтвердить свою степень.
– Её степень только на этом и держится! – нетерпеливо перебил Владимир. – Она же неглупая женщина, чтобы пилить сук, на котором сидит.
– Но остановятся ли журналисты?
– Конечно! Вероятно, именно сейчас, автор пишет признание о заказе! Дальнейшая огласка принесёт ему только позор.
– А потом он скажет, что подписал самооговор под угрозой расправы, – не унимался Рим.
– Я понимаю, мы не привыкли к крыше, как это сейчас принято называть. Тем не менее, мы под защитой.
– Надолго ли? – всё ещё сомневался Рим.
– Навечно не обещаю, хотя бы на период становления. А потом пусть пишут, что душа пожелает. Да и вряд ли станут.
– Хоть не совсем убедительно, но обнадёживающе.
– Да, а заказчик – ваша драгоценная Евгения Евгеньевна.
Заявление не удивило Рима, не поразило, но неприятно кольнуло. Что это? Конец всесилию Дулиной? Неплохо бы.
Всякие перемены сравниваются с ветром. Правда, часто дует он с разных мест и приносит совсем не то, чего бы хотелось.
Преждевременная оттепель вредна – весело и приятно, но недолго. За ней неизбежно похолодание: хоть и непродолжительное, но успевает уничтожить все преждевременные ростки. А летом? Бескормица!
Задует с Севера – жуткий холод. С Юга – засуха. С Востока – приносит тучи многовековой давности, а затем мягкий западный ветер гонит эти тучи обратно и норовит навсегда заслонить солнце!
Но теперь чувствовался не ветер, свежесть будто бы спускалась с неба плотным потоком. Рим всем телом ощущал движения в атмосфере, заряженный воздух заставлял дышать, прилагая усилия. У реаниматоров это называется системой с ПДД: когда воздух поступает в лёгкие больного под дополнительным давлением. Для чего? Чтобы, будучи в коме, человек не разучился дышать самостоятельно, чтобы его лёгкие не атрофировались от бездействия. Вот такая наука!
Если всего несколько десятков лет назад в стране воздух был одинаково разряжен и подавался каждому по возможностям безо всякого ПДД, то потом стали насильно впихивать чистый кислород, доказывая, что так оно лучше! Вдыхай, если сможешь! Вот многие и не смогли. Чистый кислород слишком хорош для человека – сильнейший окислитель покрыл ржавчиной многие души.
