– Ты замёрзла, Вика? – заметил Рим.
– Нет, я просто ужасно волнуюсь, – прямо ответила супруга.
Рим пожал плечами, подхватил огромные сумки и поплёлся к багажному отделению.
Идёт, словно агнец на заклание, решила. Вика, глядя ему вслед. От этой мысли ей стало немного стыдно, но ненадолго. Всё-таки это лучше, чем торчать в своём отделении с психами! Возможно, он когда-нибудь будет благодарить её за прогулку и романтическую встречу Нового года! Жаль вот только, что человеку не дано заглянуть в будущее.
А что до Рима, то он летел на самолёте третий раз в жизни и, чтобы не попасть впросак, подобно примерному супругу, послушно и скованно следовал за Викторией.
Лишь когда были пройдены всевозможные преграды и препоны, отделяющие человека от неба, усевшись на своё место и пристегнув ремень, Любимов позволил себе расслабиться и улыбнулся супруге.
Это расценивалось хорошим предзнаменованием, безусловно, их ожидало романтическое путешествие!!!
Огромный город обиженно мелькнул на прощание самолёту разноцветными огоньками. Пусть себе летят! Новый год, он не только в Гималаях – Новый год!
Эвелина в очередной раз примерила карнавальное платье. Вокруг неё суетилась тезка, радуясь больше подруги.
– Смотри, Лина, какая ты сногсшибательная!
– Да погоди ты! – нетерпеливо отозвалась Эвелина. – Вот тут, по-моему, какая-то складочка.
– Нет же! Ты повернись в полуоборот! Вот видишь, ничего незаметно!
– Я что, так проведу в вечном полуобороте целый год?
– Понимаешь, Лина, если мы ещё раз тут прострочим, материя может развалиться!
– Ничего, я попробую аккуратно! – упрямо сказала Эвелина. Она, извиваясь, сняла платье через голову и понесла вновь к швейной машинке. Алину радовало состояние подружки, она стала живее, жизнерадостнее. Вот что значит, хороший сон! Хотя бы от таблеток, это, конечно, не секс, но каждой своё!
Алина с неприкрытой завистью посмотрела на фигуру Эвелины со спины. Ну и пусть! Зато у неё есть Володя, а у Эвелины такого не будет никогда! Эвелина закончила шитьё. Снова примерили.
– Просто замечательно! – воскликнула Кудрина. – Куда уж лучше? Давай попробуем секретный механизм!
Сложный фокус получился с первого раза – нигде ничего не зацепилось, не надорвалось!
– Ура!!! – восторженно подпрыгнула Алина. – Вот мы и готовы к труду и обороне!
– К какому труду? К какой обороне? – подозрительно спросила Эвелина.
– Это же, ГТО! Значки раньше такие давали!
– Правда?
– Ну да! Готов к труду и обороне. Так расшифровывается! Комплекс такой был по физкультуре. Между прочим, обязательный для всех комсомольцев! – Алина, глядя на недоуменное выражение лица подруги, поняла, что Лина этого не знает! Никакого комсомола, никакого ГТО! Её уже миновала участь сия. Похоже, Эвелина и пионеркой-то была всего-ничего, даже красный галстук не успела научиться правильно завязывать Она ведь почти ребёнок! Избалованный чрезмерной опекой, ребёнок! Алина тряхнула головой, что к ней привязалось одно и то же словцо, как будто других не существует!
– Это история. Сейчас уже не изучается, – поправилась Кудрина.
– Да поняла я, поняла! – успокоила Алину подруга. – Как ты там сказала? Готовы к труду и обороне? Готовы, ура, товарищи!
Да она совсем не безнадёжная, улыбнулась Кудрина.
– Через два часа позвонит Володя, а после заедет за нами! Так что, давай занимать очередь в душ!
– Уступаю гостье! – великодушно предложила Эвелина.
– Только после вас, – наигранно поклонилась Алина.
– Нет уж, нет уж, это я, после вас!
– Хорошо, будь по-твоему, – как бы нехотя согласилась Кудрина.
Когда Эвелина дождалась своей очереди, Алина ещё раз посмотрела на платье. Надо же, когда Лина успела?! Аккуратно нашитые регланы и какие-то немыслимые подлокотники придавали несколько устаревшему «мини» мистический средневековый оттенок.
До Нового года осталось всего-ничего, несколько часов. На улице стемнело, дважды звонила Алина, предлагая поторопиться. Владимир всё ещё сидел за столом и рисовал интегралы. Разгадка где-то рядом! Вот если бы всю праздничную ночь можно было поработать! Он прекрасно сознавал невозможность фантастического желания. Что делать? Пришлось отложить труд. Иванов рассортировал бумаги: готовые расчёты в одну кипу, рабочие материалы – в другую, перспективные направления – в третью.
