Когда время от времени кто-то из чужестранцев показывался в промежутках между шатрами, зрители издавали восклицания и хихикали. Представители мелкой знати прикидывали, как лучше завязать дружбу с бессмертными, дабы улучшить таким образом свой общественный статус. Богатые землевладельцы шепотом обсуждали планы, как по заоблачным ценам продать чужакам небольшие земельные участки и убедить их переселиться из шатров в роскошные усадьбы. Купцы смотрели на покачивающиеся на волнах громадные корабли, пытаясь определить, какой груз содержится в их трюмах, и строили догадки, какие товары окажутся больше всего интересны пришельцам.
Как-никак на календаре был год Крубена – время, когда море обещает особенно щедрые дары и возможности.
Толпясь позади знати, бедные крестьяне, изгнанные из домов появлением чужестранцев, наблюдали за разворачивавшейся перед их глазами сценой, пребывая в более серьезном и тревожном настроении. Единственное, что их занимало, – это смогут ли они теперь вернуться на свои поля и продолжить жить как прежде. С прибытием бессмертных – если только это действительно были бессмертные – бедняки не связывали никаких радужных надежд, ибо давно усвоили: что бы ни случилось в Дара, все выгоды неизменно получают богатые и могущественные, тогда как простым людям достаются одни лишь объедки.
Дзато Рути спокойно уселся на белую, без единого пятнышка, лошадь и направился к лагерю чужаков. Его сопровождала дюжина солдат, тоже верхом, с подарками от принца Тиму. Огромный флаг Дасу, представлявший собой красное поле с синей фигурой всплывающего крубена, реял во главе небольшой процессии.
Рути и его спутники въехали в далекий лагерь. Все взгляды были прикованы к флагу, похожему теперь на крошечный огонек в заснеженном поле. Интересно, какие диковины и чудеса видит сейчас Рути?
Шатры, представлявшие собой приземистые цилиндры высотой в человеческий рост, с плоскими коническими крышами, были сшиты из шкур – Дзато Рути понял это, когда приблизился к поселению. Лагерь чужаков был обнесен невысокой изгородью из костей животных, связанных между собой сухожилиями. Все столбы были увенчаны черепами с острыми челюстями, а на верхушках острых белых шестов – «Ребра, что ли?» – установленных перед каждым из шатров, развевались хвосты разных зверей, ну прямо как вымпелы или флаги. За шатрами покачивались на волнах похожие на горы города-корабли, словно киты, приткнувшиеся к берегу, чтобы отдохнуть.
«А у них весьма своеобразные представления об архитектуре», – подумал Рути.
Ему бессмертные представлялись некими бесплотными существами, использующими для строительства тончайшую паутину и шелковые облака наряду с цветочными лепестками и покрытыми росой листьями. Он видел в них утонченных поэтов и философов, общающихся с богами и презирающих все плотские нужды. Поэтому присутствие здесь шкур и костей, наводящих на мысль об убийстве животных, показалось Рути несколько неуместным.
В изгороди имелся проход – своего рода ворота, сделанные из гигантских челюстей акулы. В целом вся картина лагеря производила впечатление суровой силы и дисциплины, скупой простоты и деловитой элегантности.
Когда Рути подъехал к проему, из шатров появились люди. Человек пятьдесят или около того высыпали наружу и преградили ему путь. Он остановил лошадь, чтобы получше разглядеть чужаков.
Кожа у них в целом была светлая, хотя и покрытая густым загаром, а цвет волос и бород варьировался от снежно-белого до светло-каштанового. Одетые в шкуры и кожи, пришельцы держали в руках палицы из кости или дерева, с шипами из раковин и камней. У некоторых головы были гладко выбриты, у других же волосы собраны в тугие косицы, спадающие на спину, у немногих имелись шлемы из черепов животных. Металлическое оружие или доспехи встречались редко, нигде не бросались в глаза шелк или иные ткани. Многие чужаки выглядели исхудавшими и низкорослыми, одежды из шкур были потрепанными и рваными, как если бы эти люди проделали долгий путь, не имея возможности пополнить запасы. Печальное состояние их одеяний позволило Рути удивленно осознать, что некоторые из тех, кого он принял поначалу за мужчин, на самом деле были женщинами. Он покраснел. Что это за бессмертные, которые заставляют женщин размахивать палицами и сражаться? Это так недостойно!
«Вид у них как у персонажей из саг древних ано, – размышлял ученый. – Наверное, так выглядели туземцы-варвары в глазах наших предков, когда те впервые ступили на берега Дара, спасаясь от погибельных бедствий в своих родных землях на западе».
Хотя и разочарованный тем, что незнакомцы оказались вовсе не бессмертными, Рути продолжал хранить на лице почтительное выражение. Он слез с коня, и стража последовала его примеру.
