Могучий зверь летел на высоте в несколько сот ярдов над землей, примерно там же, где и имперские воздушные корабли. Внизу расстилалась бескрайняя бурая равнина, испещренная островками кустарника и травы. На ней паслись стада каких-то животных, похожих на коров, но более лохматых и крупных. Каждое стадо сопровождали по два-три зверя, подобных тому, на котором Луан сейчас ехал. Они брели рядом со скотом, сложив крылья, а сидящие на них пастухи поднимали головы и провожали глазами крылатого скакуна Луана. Вдалеке виднелся свинцово-серый океан, тут и там на волнах качались сплетенные из травы кораблики.
Со всех сторон клетки находились стражи, общим числом около дюжины. Они размещались в ременной сбруе или в седлах, прикрепленных к спине скакуна. Часть из них составляли мужчины, часть женщины, но все были в одинаковой одежде из шкур и плетеной травы, вооруженные боевыми палицами и костяными и каменными топорами или пращами из рога и сухожилий. Почувствовав, что пленник очнулся, некоторые из охранников повернулись и вперили в него любопытные взгляды.
Припомнив, что спасшие его пастухи вроде бы употребляли название Дара, Луан решил проверить, не известен ли здесь его язык.
– Что это за страна? – спросил он. – Какой народ населяет эти берега?
Ответа не последовало. Стражники молча смотрели на него, их лица ничего не выражали.
Бессмысленно задавать вопросы, когда так мало знаешь. Нужно подождать и осмотреться.
Вселенная познаваема.
Часом позже несущий Луана зверь, тяжело отдуваясь, приземлился рядом со скоплением грибовидных шатров. К нему подвели другого крылатого и рогатого скакуна, схожего по размерам, но только свежего и полного сил.
Один из стражников, тот, что сидел у основания шеи зверя и был, очевидно, наездником, несколько раз громко свистнул. Зверь опустил голову, держа шею прямой и напряженной, как перекидной мост. Луан увидел, что другое животное повторило тот же самый маневр. В итоге две головы встретились в центре, а держащие их шеи заняли положение параллельно земле. Исполины уткнулись друг в друга мордами и замычали, после чего замерли в неподвижности.
Охранники отвязали клетку от упряжи на спине скакуна, подняли ее на плечи и пошли по шее зверя. Луан вцепился в решетки раскачивающейся клетки, уверенный, что кто-нибудь неминуемо оступится на бугристых позвонках и клетка полетит на землю.
Однако стражи перенесли клетку по живому мосту из двух шей животных так же уверенно, как носильщики паланкина в Дара переправили бы пассажира через городской ров. Они приторочили клетку к спине нового скакуна и сами расселись по местам.
Кое-что Луан уже выяснил: неизвестные звери, при всей их мощи, не были способны выдерживать долгий полет. Этим, надо полагать, объяснялось, почему пастухи, которых он видел раньше, заставляли животных неуклюже ковылять по земле, вместо того чтобы поднять их в воздух.
Догадка подтвердилась, когда новый скакун тоже приземлился после часа полета и процедура переноски повторилась. Луан потянулся было за «Гитрэ юту», чтобы записать свои наблюдения и соображения насчет невиданных летающих зверей, и только тогда осознал, что книги при нем нет. Беднягу скрутило от страшной боли, как будто он лишился части собственного тела. И в некоторой степени это и впрямь было так. Удивительная книга служила единственным его спутником в долгом путешествии через океан, была зеркалом его галлюцинаций и вместилищем грез. Теперь, после расставания с плотом-змеем, «Гитрэ юту» оставалась последним свидетелем того, через что ученому довелось пройти.
Сменив описанным выше образом двенадцать зверей, путешественники прибыли наконец в крупное поселение – город, состоящий из тысяч грибовидных шатров, многие из которых были гораздо крупнее всех, которые Луан встречал до сих пор.
В центре города возвышался особенно большой шатер, по сравнению с которым все казались мелкими. Диаметром он вполне мог посоперничать с Экзаменационным залом в Пане. Летающий зверь приземлился, и Луан узрел перед шатром высокий костяной столб, с макушки которого свешивалось несколько пушистых длинных хвостов, реявших, словно вымпелы. Луан с изумлением заметил два металлических шлема – это были первые изделия из металла в этой стране. Они тоже покачивались и позвякивали на верхушке шеста. Шлемы оказались знакомыми, явно изготовленными в древней империи Ксана, и ученый разглядел, что внутри у них сохранились мумифицированные останки двух голов.
В мозгу Луана Цзиа смутно забрезжила догадка: кажется, он нашел ответ, способный все объяснить.
Зверь уткнулся башкой в землю, образовав из шеи длинный покатый трап. Стражники развязали Луану ноги, вывели его из клетки и повели по этим импровизированным сходням.
Один из стражников скрылся в недрах большого шатра, какое-то время спустя вернулся и что-то сказал остальным. Вместе они препроводили Луана в небольшую постройку по соседству: круглой формы хижину с крышей из звериных шкур и со стенами из вертикально воткнутых в землю костей, покрытых слоем плетеных растительных волокон, обмазанных грязью.
