— Несколько раз за последние недели. Они всегда сидели и разговаривали в том углу, заказав что-нибудь поесть. И я знаю их имена. Я запомнил, потому что однажды за ними пришел какой-то человек и спросил, не здесь ли мастер Дэниелс и мастер Кардмейкер. Сказал, что у него якобы срочное дело: вроде как он посланник откуда-то там. А потом он увидел их в нише и подошел. Откровенно говоря, мне не нравилось, как выглядела эта парочка. Трактирщик всегда чувствует, кто из посетителей может доставить неприятности. Святая Мария, и ведь я оказался прав! — добавил он с горечью, глядя на перевернутый стол, разлитое по полу пиво и опустевшее помещение.
Через дверь, ведущую в сад, в трактир заглядывали испуганные лица.
Я глубоко вздохнул. Узнать таким образом имена убийц оказалось большой удачей, хотя это было и слабым утешением, учитывая, что мы их упустили, а Барак с Николасом ранены. Интересно, от кого приходил тот посланник?
— Спасибо, — поблагодарил я. — Мы сейчас избавим вас от своего присутствия.
Джек сидел с бледным лицом, туго перевязывая руку носовым платком. Овертон снял рубашку, обнажив бледный, но мускулистый торс, и тоже прижимал к груди платок. К моему облегчению, у него был лишь неглубокий порез. Лицо Оукдена обрело свой обычный цвет.
— Я должен сейчас же отвезти тебя и Николаса к Гаю, — сказал я Бараку.
— Но как я объясню это Тамми? — пробурчал тот и выругался.
Я помог ему дойти до двери, а на улице обернулся к Джеффри:
— Хотите пойти с нами, сэр?
Печатник покачал головой:
— Нет уж, мастер Шардлейк, я больше не участвую во всем этом. Мне вообще не следовало приходить к вам. Теперь я потороплюсь продать свое дело и покинуть Лондон. Спасибо, что позаботились прислать мне записку, но теперь, пожалуйста, оставьте нас в покое.
Он еще раз взглянул на моих раненых товарищей и медленно пошел прочь.
Слава богу, Гай был дома. Его помощник Фрэнсис удивился, когда на пороге показались я и двое пострадавших с обильно кровоточащими ранами.
— На нас напали грабители, — солгал я.
Фрэнсис поспешил отвести нас в кабинет, где Малтон в это время смешивал травы.
— Святая Мария! — воскликнул медик. — Что случилось?
Я с тревогой наблюдал, как он осматривает Николаса и Барака. Рана моего ученика требовала лишь наложения небольшого шва, и он перенес это стоически, лишь прикусив язык, пока Гай зашивал ее. Потом доктор Малтон тщательно осмотрел левую руку Джека.
— Слава богу, нож был узкий, — констатировал он, — и прошел через мягкие ткани между длинными костями пальцев. Но потребуется наложить швы. Мне нужно лавандовое масло, чтобы остановить заражение.
Николас нахмурился:
— Я думал, раны лучше всего промывать вином.
— Лаванда лучше. Хотя она и щиплет. И я наложу тебе повязку. — Гай серьезно посмотрел на Барака. — Будешь носить ее неделю и регулярно менять. Ты ведь не левша?
— Нет. Божьи язвы, как больно! — охнул мой помощник.
— Терпи, будет болеть. Но если повезет, все пройдет, останется лишь небольшая скованность.
Джек обернулся ко мне и к Николасу:
— Вы оба увидите Тамазин на дне рождения Джорджа через несколько дней. Я скажу, что в конторе якобы произошел несчастный случай. Подробности обсудим после, чтобы все рассказывали одинаково. Не хочется, чтобы Тамми поймала вас на мелочах.
— Неужели жена вам не поверит? — удивился Овертон.
— Нельзя ручаться, парень.
— Уже не первый раз ваш хозяин приводит Джека Барака сюда, чтобы после рассказывать про несчастный случай. И сам Джек тоже как-то приводил раненого Мэтью, — строгим тоном проговорил Малтон, после чего Николас посмотрел на меня с новым уважением.
— Ничего, если я оставлю их у тебя, Гай? — спросил я. — Прошу прощения, но у меня сегодня важная встреча, и я боюсь опоздать.
По пути к Малтону я увидел, что стрелка церковных часов показывает двенадцать.
Врач кивнул:
— Но если можно — на пару слов, Мэтью. Выйдем. — Он сжал губы, и его смуглое лицо выглядело сердитым и озабоченным.
За дверью Малтон тихо сказал, качая головой:
— Значит, никакие грабители на вас не нападали. Снова ты приводишь ко мне Джека после опасной стычки. Он женатый человек, у него маленький ребенок, и Тамазин ждет второго. А теперь еще и этот юноша…
— Я расследую убийство, — ответил я. — Двое негодяев до смерти забили дубинами невинных людей. Их случайно увидел в трактире свидетель и сообщил мне в Линкольнс-Инн. Это был шанс — возможно, единственный шанс — схватить их. Джек и Николас знали об опасности.
— И вы поймали этих убийц?
Я сердито покачал головой:
— Нет, они оказались опытными бойцами и вырвались.
— Мэтью, — вздохнул Гай, — ты всегда стремишься к опасности. И тянешь за собой этого юношу и Барака… Джек уже не молод и привык к более спокойной жизни.
Я провел рукой по лбу:
— Знаю, знаю. Но не мог же я упустить возможность отдать двух злодеев в руки правосудия. — Я с вызовом посмотрел на старого друга. — И не позволить им больше убивать.
— В прошлый раз ты намекал, что впутался во что-то секретное, подробности чего знать опасно.
— Да.
Медик кивнул в сторону кабинета:
— А Джек и этот юноша знают детали?
Я покачал головой.
