Такова лишь одна сказка. Хотя я склонен верить, что коберство никогда не было собрано в одном месте, ибо коберские семена разбросаны по многим землям. И никогда не верил я, что коберы были единственные жители Ханаана и окрестных земель. Коберы — это вечные разбойники мира, независимо от их веры и рода. Коберы пустили по миру язву мзды и ростовщичества — бесчестной ссуды с наваром. С тех пор ссуда с наваром и взятка портят, разлагают и убивают самые сильные из народов и самые мощные из держав. И на море всегда с незаписанных времеён разбойниками были коберы, что действовали почти как ушкуйники, грабя мирные корабли. Но при этом свойственно им было изуверство, да не было у них капли справедливости и милости к жертвам — недочеловекам. Дух наших повольников чужд был им от крови. По счастью, находились молодые и не отравленные народы, что на целые века давали коберам укорот. Так, Ассирия и Вавилон на века пленяли коберов, что оседлали народы, населявшие Израиль. Потом римляне испепелили Карфаген, где пунами заправляли изверги-коберы, что едва не захватили весь тогдашний мир. Рим же развеял по миру всех иудеев за тех их сородичей-коберов, что предали смерти Христа и поставили себя выше племён земных…
Навсегда ли? Через века улыбнулось коберам-иудеям сколотить летучие шайки, что хитрым лисом просочились в хазарский двор, дружественный нам, русам. Всего полвека ядовитого пойла, и случилось немыслимое: возник уже вражеский каганат. Вот здесь, в здешних местах. Более всех мешали коберским хазарам мы — русские. Ведомые раввинами-коберами, хазары возмечтали покорить все земли. И это им сперва удавалось: подкупали родовую знать, опутывали и душили долговыми цепями, внедряли своих мудрецов во дворы вождей и князей. Ещё век спустя измученные хазарскими набегами русичи восстали. Сначала вещий Олег…
Потом Святослав-воитель, что разнёс в щепы каганат. Увы, в щепы, но не в пепел. Ввиду чего коберская зараза поразила уже… его сына, чтимого на Руси как Владимир Красное Солнышко. А потом стал Святослав подбираться к вертепу мирового коберства — византийскому Цареграду, как никто преуспевшему в кознях и казнях, подлости и вероломстве, травле и доносах. Маленькая дружина Святослава громила избранные полчища византийцев. Раз так: не силой, но хитростью. И вот уже купленные хазарами печенеги коварно подловили и убили опасного для них носителя Святой Славы. Так коберы поступали всегда и везде с независимыми и великими борцами за счастье и свободу народа, не желающими быть безумным кистенем чьей-то подлой воли. Гордые вожди убирались скрытно и явно. Мечом и кинжалом. Плахой и колесом. Костром и виселицей. Клеветой и оговором. Ссылкой и тюрьмой. От удара и угара. В бане и пиру. В храме и на одре любовном. При рукопожатьи и через поцелуй… Но, при всём разнообразии средств устранения, каждому ослушнику, правдоносцу и повольнику был уготован ранний конец…
И что же Русь по смерти Святослава? Мало кто сейчас знает про детство Святого князя Владимира Крестителя… А ведь рождённый дочерью хазарского раввина Малушей и воспитанный дядей-хазарином Добранием, Владимир поддался их растлевающей воле. Только не всегда так было. А было так. С пелёнок водимый хазарским окружением будущий Креститель Руси уничтожил связь и взаимопонимание между волхвами и исконными витязями-защитниками земли русской боярами. С лютостью покрестили Русь. Под «мудрой опекой» Добрания и подсказчиков от хазарского кагала Киев из сердца общинного единения, управления и православного духа русского единого народа сделался узилищем ростовщичества, торгашества и разврата. Именно против хазарских ростовщиков подняты были первые восстания в Киеве и других городах. Тогда их, ростовщиков, и назвали «жиды». После этого коберов выгнали с Руси надолго. Но итог посеянного ими раздора не заставил ждать. Сразу по смерти Владимира начались страшные усобицы, распри. И за какой-то век приключился распад Руси. А там и татары на века пожаловали…
Татар худо-бедно скинули. На этом, полагаешь, всё? По первости, оно и может так показаться, ведь Русь вроде как восстановилась, подавив из Москвы удельные стремления. А железным мечом двух Иванов была не только собрана, но и расширена!
Увы нам: болезнь угнездилась глубже, тленом тронула она обручи общины — основы духа. И зачервивел тысячелетний лад сословий. Вместо того чтобы исправно защищать родину, бояре забыли призвание своё, долг и давай хапать земли да вотчины, подкупом добывать чины и тёплые местечки, качать барыши с займов, дань со страдников и горожан за корм и скарб, тяжёлыми трудами же произведённый. Намертво привязавшись к земле, к обмену и купле, бояре очень скоро погрязли в беспросветной и бесплодной грызне за новые блага, приобретения. Начали грабить и закабалять рядовичей, простых общинников…
