По дороге домой Степка изменила решение. Нет, не будет она ничего говорить Лукерье. Не сможет вслух признаться в том, что случилось. Нет, нет и нет! Забыть! Вырвать из памяти! Ворвалась в дом, хлопнула дверью.
— Егорыч! — позвала охоронника, — затопи, пожалуйста, баню!
— С удовольствием, барышня! — протянул Егорыч.
— Х-хозяюшка, ну как ты? — ласково начала Лукерья, стоило Степке сесть на табурет в кухне.
— Не знаю, Лукерья, но чувствую себя хорошо.
— Помог, значитсо, лесник.
— Видимо, помог, — сжала зубы.
— Как прошло?
— Не знаю. Была без сознания, — сжала кулаки.
— Ой! Да ты что?
— Да. И, Лукерья! — хрустнули костяшки.
— Ась, хозяюшка?
— Давай пока не будем об этом говорить! Что-то не хочется!
— Лады…
«У наших ворот всегда хоровод»
Но, видно, мало было Степаниде испытаний в тот день. Раздался стук в дверь.
— Проходной двор какой-то, да что вы все лезете и лезете ко мне? — простонала она и пошла открывать.
То, что по ту сторону очередной суженный, поняла даже не дойдя до двери. Неведомым образом стала предчувствовать их даже на расстоянии. Словно от всех них пахло одинаково. Пусть и парфюм разный, а вот нотка одна, общая, присутствовала. А может это и не запах вовсе…
«Бли-и-и-н, нет, не сейчас, не могу, я не пойду!» Но рука уже распахнула дверь.
Настолько красивых мужиков Степанида еще не встречала! Он был красивее ВСЕХ! Вообще всех, когда-либо увиденных. Несмотря на эксцентричную внешность. Привычно подогнулись коленки, но куда там отвести глаза? Наоборот, вылупилась и впитывала кожей облик.
На пороге стоял молодой мужчина в синей кожаной косухе, синих кожаных брюках в обтяжку, синих берцах и с голубым мотоциклетным шлемом в руках.
Длинные дреды были стянуты сзади в хвост. В носу пирсинг, в ушах тоннели. Степке никогда не нравился такой стиль. Но этому, конкретному мужику — шло до умопомрачения!
Его лицу позавидовала бы любая королева красоты. Персиковая кожа, полные чувственные губы, прямой нос, изогнутые брови. А глаза… словно полные слез. Казалось, моргнет и вытечет по слезинке.
— Добрый день! Служба доставки «Дэливери», Вы — Любимова Степанида Станиславовна?
— Ой, я… — «надо же, курьер!»
— Примите посылочку, пожалуйста! — мужчина протянул ей коробку, оклеенную разноцветным скотчем. Но когда Степанида сделала шаг вперед, мужчина дернулся, едва не свалившись с крыльца. А в глазах отразился страх. Коробка выпала.
— Ч-что? Э-эт-то? — повел головой, как он неприятного запаха, попятился. А затем развернулся и в три прыжка оказался за калиткой. Сел на блестящий черный мотороллер с логотипом «Дэливери» на багажнике и умчался прочь, словно за ним гнались.
— А расписаться не надо? — промямлила женщина.
Подняла посылку, зашла в дом. Понюхала себя. Вроде не пахнет. Странный какой-то. Но красивый…
— Знаешь, кто был-то? — подала голос вездесущая Лукерья.
— Ясное дело, очередной жених!
— Не токмо, не токмо!
— А кто?
— Водяник! — и голос довольный до безобразия.
— Как? Тот самый? Ты же говорил он не человек!
— Он боле, чем человек! Эх, молодой исчо, красава! — пела Лукерья.
— А ты чего так радуешься, это что, хорошо? — поинтересовалась Степка.
— Хорошо бы иметь такую силушку! Бери его в мужья, хозяюшка, даже не мекай!
— Д-да? А в чем силушка?
— Так как, хозяюшка, управленец водный! Вода, чай посильнее огня будеть!
— Да ладно тебе, какой из него муж? Курьер думаешь много зарабатывает? — это она вслух, а сама подумала, что мужик конечно обалденный, коленки подгибаются. Хорошо, что сбежал, могла и наброситься, — слушай, а чего он сорвался-то? В три прыжка — и за калиткой!
— Так ты это… лесником пропахла… А они издавна соперники! — хмыкнула Лукерья, — ниче-ниче! Воротится!
— Как это пропахла? — воскликнула Степка и вновь начала себя нюхать, — не воняю вроде бы ничем!
— То тебе так думается! — захихикала охоронница.
— Блин! Егорыч! Когда банька будет готова? — простонала женщина, — я, оказывается воняю…
«Виденное лучше сказанного»
В расстроенных чувствах Степанида устроилась на кухне с посылкой. Распечатала и ахнула!
Она оказалась от Николая, а столь широкого жеста от него женщина просто не ожидала. В коробке лежала перемотанная бумагой стопка «зеленых» с подписью: «Твоя половина».
Они всё совместно прожитое время копили деньги. Николай был человеком практичным, поэтому Степанида с чистой совестью возложила денежный вопрос на него. Получала деньги и отдавала часть. И забывала. Сколько скопилось, даже не спрашивала. А как произошел разрыв, совсем позабыла про них. А он, надо же, не забыл…
Размотала упаковку и пересчитала. Затем еще раз пересчитала. И еще раз.
— Ну нефига ж себе! — выдала под конец, — пятнадцать штук зелени… Это ж как? Не может быть… Или может?
— Чавось тама, хозяюшка? — тут же подала голос Лукерья.
— Да вот, бывший муж деньги прислал…
— На што?
— Ни на что… Мою половину…
— Эдакий молодец! — хмыкнула охоронница, — и скока?
