— Поэтому предлагаю по-прежнему считать их обезьянами и законной добычей, — сказал Рик. — Давайте поймаем этих сукиных детей. В жизни не прощу им, что они разбили скутер.
— Если у них нет никаких органов чувств, кроме обычных, как же они всегда о нас знают? — спросил я.
Крейг пожал плечами.
— Я неверно выразился, сказав, что их нет, — признался он. — Просто
— Ты говорил с Шанкаром?
— Да. Он в восторге. С присущей ему щедростью пообещал оплатить сеанс связи.
— Бесценный клиент, — похвалила Кэт.
— Попросил меня подождать со вскрытием пару часов, потом сам заказал с Земли полноформатный сеанс и наблюдал, когда я резал. Сказал, что разобьется, но достанет разрешение на вывоз тела. Но умолял больше горилл не убивать. Иначе могут возникнуть осложнения с отловом. Он намекнул, что кое-кто в УОП не прочь отозвать наше разрешение. Похоже, у нас появились конкуренты.
— Час от часу не легче! Кто?
— Он сам не знает. Но не исключено, что кто-то еще получил разрешение на отлов горилл Фостера.
Под навесом заверещал сигнал вызова. Мы бросились туда. Это был Ливнев, и качество связи радовало глаз. На экране я видел, что инспектор, как всегда, подтянут и сосредоточен.
— Простите, каким каналом вы пользуетесь? — вылез вперед Малыш.
— Линией СОЗ, разумеется, — ответил Ливнев. — С высоких орбит связь последние дни нестабильна, и директор заповедника Василиадис любезно предоставил мне доступ…
— Проклятый ублюдок!!! — заорал Рик. — Простите, инспектор, это я не вам. Василиадис! Я обращался лично к нему, а он ответил, что… Вот урод мерзкий!
Ливнев понимающе улыбнулся.
— Я слышал об этом. Согласен, что отказ предоставить вам доступ к системе СОЗ некорректен. Тем более что ваша группа находится непосредственно в районе риска. К сожалению, я не могу здесь командовать. Я мог лишь настоятельно попросить… Им ничего не оставалось, как выдать мне минимально необходимую информацию. Вам известно, что некоторое время назад на Тихой исчез некто Левицкий?
— Да, а еще погиб его сын.
— Вот как? — Ливнев нахмурился, и я понял, что он этого не знал. — Дальше. Левицкий работал смотрителем восемнадцатого сектора — того самого, в котором находитесь вы. Исчез он в этом же секторе. Точное место мне назвать отказались, сославшись, что координаты места происшествия может раскрыть лишь профессиональная следственная группа по завершении всех процедур. Но формально следователь имеет право держать координаты втайне до обнаружения либо Левицкого, либо достоверных доказательств его гибели, то есть — до бесконечности. Я считаю, что эта глупая игра руководства СОЗ в секретность вызвана тем, что, по слухам, Левицкий… и его сын высадились на территории сектора с целью заняться незаконным отстрелом, проще говоря — браконьерством. Чрезвычайно скандальное происшествие. Боюсь, это все, что я могу вам сообщить. Будьте осторожны. На планете опасно.
Попрощавшись, Ливнев выключил связь. Наступившее молчание нарушил Рик:
— Молодец он, этот инспектор. Василиадис предоставил ему связь, а он почти в открытую назвал его дураком. «Глупая игра руководства в секретность»… Надеюсь, директор прослушивал канал и все слышал. Жаль только, этот Ливнев был излишне вежлив.
— В отличие от тебя, — заметил Крейг.
— Надеюсь, Василиадис и меня слышал, — хладнокровно ответил Рик.
— Ну что, народ, начнем работать? — предложила Кэт. — Быть осторожнее, чем мы сейчас, попросту уже невозможно. И если некоторые из нас не станут расстегивать страховочные ремни…
Остаток дня мы посвятили разработке стратегического плана поимки трех неосторожных самцов, которых заприметила Кэт, и ожиданию подходящего момента. Было выдвинуто несколько вариантов, но для надежного воплощения в жизнь любого из них требовалось, чтобы вблизи пляжа собрались все трое. До вечера такого случая не представилось, ночью тоже; но ночную охоту мы с самого начала решили отложить на будущее, если наши шансы на поимку горилл станут абсолютно безнадежны. Ночная охота на скутерах в глухих джунглях — удовольствие ниже среднего, и мы пока не смогли достоверно определить периоды сна и бодрствования этих животных. Из отчетов мы знали, что все известные виды фауны Тихой придерживаются обычного циркадного ритма. Исключение составляли немногочисленные многоногие, которые бодрствовали первую половину ночи, а во второй половине спали, точно так же и днем. Но все четыре периода все-таки укладывались в рамки местных суток. А наши гориллы вроде бы и не спали вовсе. С помощью одних зондов трудно уследить в густом лесу за животными, которые в ужасе шарахаются от них, но мы успели накопить достаточно информации, и Крейг в паре со своим Кальяном попытался ее проанализировать. Через несколько минут они включили в прогноз-группу Биаса, а через полчаса, в один из периодов хорошей связи с орбитой — Диану. Еще через час Крейг устало откинулся на спинку кресла и даже скинул с головы обруч коммуникатора.
