Шестиместный открытый аэроглиссер имеет в ширину около четырех метров; такие внушительные габариты исключают возможность маневрирования между деревьями в джунглях — машина сразу запутается в лианах или придется непрестанно менять направление и возвращаться назад, выбирая подходящую дорогу. Люди Шарпа могли передвигаться лишь над лесом, по руслам рек над поверхностью воды, а также использовать глиссер на больших полянах, сходя на землю или стреляя прямо с него. Если они разбились над лесом, найти их не представлялось возможным — легкая машина не пробила бы в кронах деревьев заметную дыру. Реки, достаточно широкой для движения глиссера между сплошными зарослями по обоим берегам (а по берегам рек они были особенно густыми), здесь не протекало. Оставались поляны.
Связь с лагерем, а значит, и с Биасом, отсутствовала. К счастью, карты района, где Шарп разбил лагерь, хранились в памяти наших личных кибов — когда-то мы сами планировали охотиться тут. Шанс был настолько мизерным, что мы даже не особенно надеялись, однако нам повезло. Всего в десяти километрах от лагеря, на очень широкой прогалине Рик заметил следы посадки. Через пятнадцать минут мы обнаружили глиссер, застрявший невысоко над землей в ветвях двух стоящих рядом деревьев. Обтекаемые «торпеды» грузовых бункеров почти отвалились от рамы вместе с сиденьями стрелков. Установленный на капоте суггестор, подобный тому, что я видел на корабле, раздавлен и сброшен на землю. Пулеметная турель, находившаяся в задней части машины, тоже сбита, сиденье пулеметчика искорежено и в крови. Крейг и Кэт изучали следы на земле и деревьях — на стволах виднелось множество отметин от попаданий пуль.
— На них тоже напали, — сказал Крейг. — Их было шестеро, один тяжело ранен. Отсюда его понесли на носилках. Следы ведут по направлению к лагерю.
Полчаса мы шли по следам. Люди Шарпа, прошедшие здесь до нас, периодически останавливались и открывали стрельбу. Повсюду в траве валялись короткие гильзы от реактивных патронов, в двух местах кусты разметало взрывами гранат.
— Стреляли из подствольных гранатометов, — определил я. — У них вместо подвесок были гранатометы. Или они вообще не собирались добывать горилл живьем, или… Или слишком надеялись на свои суггесторы. Несомненно, Шарп предвидел осложнения в работе — иначе они вовсе не стали бы цеплять гранатометы.
— Парни двигались прямиком к лагерю, Пит, — сказал Крейг. — Шли, почти бежали, а их гнали.
— Гориллы? Ты нашел следы?
— Нет, надо смотреть вокруг. Но кто еще? Здесь все то же, что и в лагере. Мы сэкономим время, если проверим лес возле лагеря по этому направлению. Найдем следы — значит, они присоединились к остальным, нет — вернемся сюда.
Искомую цепочку следов мы обнаружили в нужном месте. Не так уж трудно различить отпечатки ботинок с шипами даже на толстом слое слежавшихся листьев, но людям Шарпа пришлось переходить вброд ручей.
— Все дошли, я уверен, — сказал Крейг. — И носилки с раненым несли — две пары отпечатков значительно глубже других.
— Ну, и что все-таки здесь произошло? — требовательно спросила Кэт после того, как мы еще раз осмотрели расстрелянный лагерь. — Есть идеи?
— Кажется, все и так ясно, — сказал Крейг, но по его интонациям я почувствовал, что он ровным счетом ничего не понимает. — Все началось у глиссера. Там на них напали в первый раз. Возможно, ребята Стива впервые испытали на гориллах суггестор, и у обезьян внушение вызвало негативную реакцию… Они дошли до корабля, заперлись вместе с остальными и отбили первое нападение. Твари, перегруппировавшись, пошли в атаку снова…
— …а на скорострельные пушки им было плевать, — ввернул я, но Крейг не остановился: как и всех нас, его взбудоражило увиденное, и он не особенно думал, что говорил.
— …взломали входной люк и взяли корабль приступом, — закончил он.
— Потом обезьяны забрали своих убитых и раненых и ушли, не забыв перед этим стереть каждую каплю крови с листьев, веток, да и с земли тоже, — ехидно заметила Кэт. — Поразмысли, что плетешь. Ты видел, сколько следов в джунглях — там, за линией обстрела? Сотни. Как после парада! Ребята Шарпа не новички, они отстреливались всю дорогу сюда, били прицельно, короткими очередями — видно, боеприпасы берегли. Здесь уже ни черта не берегли. Я счетчики на корабельных пулеметах смотрела — во всех пусто! А это — по десять тысяч патронов в каждом. Разрывные пули вперемешку с бронебойными. Плюс пушки «Миротворца». Плюс винтовки и гранаты. И что же — так ни кого и не зацепили? Надо очень постараться, чтобы впустую израсходовать корабельный боекомплект, стреляя по толпе! И даже миллионы горилл не смогли бы взломать входной люк. Нет, они его сами взорвали, заложив бомбу в шлюзовую камеру.
— Кэт права, — сказал Рик.
— Сам знаю, — буркнул Крейг. — Но зачем им взрывать собственный шлюз? Ты еще скажи, что они и «Миротворец» специально разбили.
