— Я не понимаю, Лаврентий Павлович, откуда и зачем эта спешка в таком важном вопросе? До конца года мы и сами должны были определиться с бесперспективными проектами, и все силы бросить на наиболее удачные и многообещающие направления. И хотя конструкторы из вашего списка пока действительно не получили приемлемого результата… Но зачем же, вот так, по живому-то резать!? А вдруг они через месяц-другой дадут нам более-менее перспективную конструкцию. В общем, товарищ Берия… мне нужно еще полгода отсрочки по этому решению. В противном случае я собираюсь ставить вопрос о преждевременности таких решений на Политбюро.
— Вы, товарищ Каганович, как нарком, в своем полном праве. И ваш вопрос, конечно, можете ставить на любом уровне. Вот только сначала уже принятому решению подчинитесь, пожалуйста. Я бы сейчас мог аргументированно объяснить вам необходимость такой срочности запланированных работ… Но, к сожалению, список допуска к этой секретнейшей информации пока не может быть расширен. Надеюсь, вы меня понимаете?
«Опять эти «жюльверновцы» на себя одеяло тянут. Как будто мало им ранее выброшенных денег».
— Гм. Неужели за рубежом кто-то мог настолько обогнать наших реактивщиков? Да-да, мне отлично понятно, куда дует ветер. И все равно я не согласен с таким «обрезанием» НКАП. Нужны вам эти новые секретные самолеты, так расширьте БОК, и берите его под свое крыло прямо в составе НКАП. Даже завод «Авиахим» забирайте, а мы вас просто будем обеспечивать. Разве так не лучше?
— «Так» не лучше. «Так» скоро вся Европа и Азия будут в деталях знать обо всех перипетиях наших работ. И никакая секретность при таком «колхозе» не может быть толком обеспечена. Вот поэтому, «Авиахим» и аэродром «Подлипки» мы, конечно, у вас заберем. Но вот заводы, в основном, будем строить заново. Впрочем, в течение этого года пара старых опытных авиазаводов и часть одного моторного нам тоже пригодятся. И, между прочим, указанные в этом списке конструкторские коллективы вернутся в лоно вашего наркомата, сразу же, как только новая техника будет принята на вооружение. Так что, вы напрасно обижаетесь на оказываемую нами помощь.
Каганович насупленно уставился в лежащий на столе список. Крыть ему было нечем. Да и, честно говоря, это решение, как ни крути, снимало с его шеи часть ответственности за внедрение в серию новой авиатехники. Теперь НКАП всегда сможет отговориться от нападок тем, что часть перспективных направлений у него нагло забрали с применением грубой силы. И вот якобы из-за этого…
— Ну, так что, Михал Моисеевич? Может, нам с вами пока для начала уточнить сроки передачи?
— А почему вы, к примеру, группу Сильванского в это свое новое управление не затребовали?
— А зачем нам в работе с секретной техникой этот бездарный карьерист? Да-да, карьерист. Мы его не выдвигали, зато его словоблудие нами оценено в полную стоимость. На вашем месте, я бы, не дожидаясь провала его затеи, забрал из этого коллектива наиболее ценные кадры, и усилил бы ими другие КБ. Кстати, по части проектирования истребителей, я готов передать вам главные материалы войсковых испытаний нового вооружения. Судя по всему, итальянцы с немцами нас уже сильно обогнали по оснащенности крупнокалиберным авиационным автоматическим оружием линейных авиачастей. Так что наверняка вскоре последует решение ЦК о производстве истребителей и бомбардировщиков лишь с крупнокалиберным стрелковым вооружением.
«Весной тоже планировали подобное решение принять, но ведь не прошло. Может и сейчас только кулаками помашут и успокоятся. Гм. А, чего это он такой в этом убежденный?».
— Вы в этом уверены?
— Более чем. Оснащенный крупнокалиберными пушками Березина и Шпитального-Владимирова особый авиаполк уже записал в Монголии на свой боевой счет больше полусотни японских самолетов. Причем половину в воздушных боях, а вторую половину прямо на аэродромах. Результат, как говорится, налицо. А ШКАСы… ШКАСы тоже пригодятся. Например, для самолетов непосредственной поддержки войск.
— То есть, вы советуете нам прямо сейчас, еще до окончания испытаний новых образцов, начинать их всех переделывать под крупный калибр? А вы хоть представляете, сколько ШКАСов сейчас стоит на вооружении ВВС? Да никакие штурмовики столько не потянут! А что делать с производством?! А решение УВВС где?
— Михал Моисеевич. Ну что вы, что вы? С моей стороны это ведь просто дружеский совет. Как к этому относиться НКАП это ведь целиком ваше дело. Сумеете вместе с УВВС убедить руководство страны в преждевременности таких мер, да и на здоровье. Я ведь просто отметил, что полученные результаты свидетельствуют за то, что время этих решений уже подошло. А дальше вы уж сами…
— Хорошо. Что будет с техникой тех КБ, которые вы у нас забираете? «Под нож» их?
