– Ну-ну, милорд, не стоит хмуриться, – Ламас улыбнулся, – неприятность с вурдалаками уже позади, думаю, если мы быстро пойдем в том направлении… – Он неопределенно махнул рукой.
– То их друзья нас не догонят? – поинтересовался Варнан, полагаю, без всякой задней мысли.
– Друзья? Какие друзья? – удивился Ламас.
– Да вот эти. – Кар Варнан ткнул пальцем куда-то за наши спины.
Обернувшись, я понял, что он имеет в виду, когда говорит о друзьях семьи кровососов. Болото позади больше не пустовало, теперь из него торчали головы. Я насчитал около десяти. Все лысые, серые, запачканные тиной и грязью. Желтые глаза, не мигая, глядели на нас.
Под черной водой шевелились их тела, отчего на воде появлялись круги.
– Так-так-так, – забормотал Ламас, что случалось с ним в периоды особенного волнения, – возможно, нам удастся избежать инцидента, так-так – так-так-так, может быть, они просто интересуются имуществом побитой семьи. Наследством, так сказать.
Предположение было весьма жалким.
– Вопрос в том, можно ли и нас считать частью этого наследства, – откликнулся я.
– Я заметил, что в последнее время вас, милорд, одолевают мрачные настроения. Откуда этот пессимизм? У вас же, насколько я знаю, хорошая наследственность…
– Хорошая, – мрачно согласился я.
Один из вурдалаков тем временем выбрался на берег. В отличие от странного семейства он был мужчиной, притом совершенно голым – крепко сбитый, с длинными руками и мускулистым торсом. Следом за ним из болотной жижи выбрался еще один. Этот был еще коренастее: развитая мускулатура говорила о его чудовищной силе.
– Здрасте, парни, – сказал Варнан, – ну мы это, пойдем, наверное…
Вурдалаки не двигались, ничего не говорили, они стояли и наблюдали за нами. Вид у них не был угрожающим, скорее отстраненным, казалось, их не заботит общение с нами, а следят они только за тем, не сделаем ли мы резкого движения. Словно хищники, которые только и ждут того, чтобы жертва совершила какой-нибудь опрометчивый шаг – и тогда они накинутся на нее.
– Так-так-так, другой вид, другой вид, – забормотал Ламас, – это совсем другой вид, они и говорить-то, похоже, не могут…
– Вопрос в том, насколько они опасны, а не в том, могут они говорить или нет, – сердито одернул я его, – я их азбуке учить не намерен, что мы делать-то будем? Может, просто пойдем отсюда?
– Думаю, – Ламас поднял вверх указательный палец, – нам стоит попробовать вернуться и обойти их стороной. Я смогу найти дорогу.
– Нет, ну тебя точно Айван Суссан зовут, – сказал Варнан, ухватился за рукоять меча и вынул его из ножен, – да они же нас не отпустят, видно же, придется, думаю, на части их порезать…
– Это будет ошибкой, – испуганно вскричал Ламас, – их много, они могут нас победить!
– А если мы не будем их резать на части, они нас не победят, а пообъедят, – заметил я. Сегодня мною владели исключительно мрачные мысли, – а тебе, Ламас, лучше всего попробовать срочно изобрести какой-нибудь способ от них избавиться. Только что-нибудь ненадежнее и чтобы на этот раз мы ни в кого не превращались. Силой их точно не возьмешь.
На берег выбрался еще один, самый огромный, он встал рядом с первыми двумя и тоже замер, глядя на нас темными глазами, без всякого выражения на сером страшном лице.
– Хорошо, я придумал, – в ужасе прокричал Ламас, он спрятался за наши спины, принялся что-то нашептывать и разбрасывать кругом клочки бороды.
Варнан обернулся на его завывания, увидел, что проделывает колдун, и покрутил пальцем у виска:
– Старикан-то наш совсем от страха сбрендил… Бороду рвет.
– Я знаю… знаю… знаю, что делать, – взволнованно бормотал Ламас, не обращая никакого внимания на слова Варнана и продолжая рвать бороду.
Потом он вдруг оттолкнул нас и помчался к болоту.
– Ну, все, спятил. – Варнан попытался его поймать, но колдун увернулся.
– Да что же это такое?! – вскричал Кар Варнан. – Он что, нырнуть туда хочет, что ли?
Ему пришлось совершить громадное усилие, чтобы успеть добежать до колдуна раньше, чем трое внезапно пришедших в движение вурдалаков. Длинный меч Варнана описал широкую дугу и разрубил одного из нападавших в пояснице, второго он приложил в лоб рукояткой, а третьего так пихнул ногой, что тот свалился в воду. Действовали кровососы столь неуклюже, что победа далась великану довольно легко.
Ламас вплотную приблизился к заболоченному берегу, выкинул вперед обе руки ладонями вниз и что-то напевно проговорил. Две серые лапы метнулись из воды и ухватились за старческие лодыжки.
– О, темные боги! – в истерике закричал Ламас. – Варнан, Варнан, они, кажется, поймали меня…
– Старый дурак, – проворчал великан и одним ударом отсек обе конечности, освобождая Ламаса, – чего тебя сюда понесло?
Едва он отрубил лапы, как вода сильно забурлила, от нее повалил пар. Вурдалак, оставшийся на твердой земле, в страхе попятился от берега, а из-под болотной тины послышались сначала слабые стоны, а потом все нарастающие крики ужаса. Они мгновенно стихли и перешли в булькающие звуки, огромные всплески появились в разных местах на поверхности болота.
– Что это ты сделал? – спросил я Ламаса.
