Катерина, не мигая, смотрела на происходящее и никак не могла смириться, что это всё наяву с ней. Зеркало медленно распахнулось, как дверь, и перед девушкой предстал тёплый весенний лес, зеленела трава, новорождённые листочки нежной зеленью радовали глаз, слышен шум деревьев, щебет птиц. В избу ворвался тёплый лёгкий майский ветерок, неся все запахи весны.
– Иди, – подтолкнула бабка Катерину в спину и снимая с неё шубку. Дом твой топить буду, ёлку поставлю. Жду 31 декабря новый год встречать. Время здесь для тебя остановится, сколько бы ты там не находилась. Когда ты вернёшься, здесь будет сегодняшний день, – и закрыла за спиной Катерины зеркало-дверь, мягко приглушённо прозвенел колокольчик.
– Это плохая идея, но я попробую, – пробормотала девушка.
– Я подожду, мне спешить некуда. Вернёшься ли? – тихо прошептала Бабка Куль.
Катерина оглянулась. За спиной стоял красивый, украшенный резными белыми наличниками дом, похожий на сказочную картинку. Он совсем не походил на старый, покосившийся домик бабки Куль. В открытых окнах слегка волновались кружевные занавески. За резным палисадником цвела сирень. Прямо от крыльца вела дорожка дальше через лес, окружавший дом. Неожиданное, непредсказуемое, того, чего просто не может быть в её жизни, произошло. Происходит прямо сейчас и здесь. Девушка оказалась настолько ошеломлена, удивлена, что не могла воспринимать случившееся адекватно. Шелестели деревья, только что распустившейся листвой нежно-салатового цвета. Мягким ковром расстилалась трава, из которой то тут, то там выглядывали первоцветы. Щебетали птицы. Катерина удивлённо озиралась по сторонам, потрогала траву, деревья, листья, подставила лицо тёплому весеннему ветру – всё казалось настоящим, реальным. Куда ей идти? Что искать? Что делать? Катя оглянулась – у домика нет ни двери, ни крыльца, ставни закрыты, палисадника и сирени нет и никаких признаков жизни или обитания дом не подавал.
– Если есть тропинка, надо идти по ней, выбора нет, других дорог нет, назад пути тоже нет. Что ж, вперёд, – подумала Катя, обернулась ещё раз на домик и…домика не было. Стояла из серых досок старая лесная сторожка для охотников, чтобы укрыться от дождя.
– О как, – только и смогла сказать Катя. – Я не страдаю безумием, – попыталась утешить себя девушка. – Я им наслаждаюсь, – вынесла вердикт.
И она шагнула по тропинке. Дорога прямая, лёгкая, лес светлый, листья бросали кружевную тень на тропинку, пока ничто не пугало, кроме неизвестности – что дальше, куда приведёт её эта дорога? Солнце взошло выше, пейзаж не менялся – деревья, тропинка. Сколько времени прошло Катерина не знала, часы и телефон остались в деревне. Захотелось пить, никакого журчания воды она не слышала, что делать – не знала, как долго идти, куда, где конец её путешествия, к кому или чему она идёт? Девушка решила присесть – отдохнуть и, если получится, немного подумать. Хотя думать ей не о чем, настолько происходившее являлось не реальным, походило то ли на сон, то ли на бред. Она нашла местечко под ёлкой рядом с тропинкой, посмотрела вокруг, запомнила в какую сторону идёт и присела.
И тут она увидела, что по её следам по тропинке несётся огромный волк. Тёмно-серая шерсть на холке дыбом, пасть открыта, глаза горят. Казалось, что он летит над тропинкой, едва касаясь её лапами, он надвигался со скоростью «Сапсана». Катерина от неожиданности упала с дерева, на котором сидела, отползла за ёлку. Спрятаться от этого чудовища негде, тело парализовало, голос пропал. Это конец начала путешествия, сейчас она проснётся… Не просыпалось, она видела и чувствовала, что животное держит свой путь прямо на неё. Спасения нет. Паника, страх, досада, решимость – именно в такой последовательности – в доли секунды чувства сменяли друг друга.
– Умирать, так с музыкой, – крикнула Катерина. – Прогулялась девочка по лесу и встретила серого волка, а тот её съел! Тут и девочке и сказочке конец! – громко и отчаянно сказала она.
А что вы хотите? Вы знаете, как вы будете себя вести в стрессовой ситуации? Нет. Не ожидая от самой себя, трусливая Катя расхрабрилась, решительно встав посредине тропинки, для устойчивости расставила дрожащие в коленях ноги, пристально, широко открыв глаза, посмотрела на зверя, вытянула вперёд руки, словно пыталась остановить животное своими ладонями.
Она почувствовала какую-то силу в теле, ноги перестали дрожать, появился жар в руках, которые словно упёрлись в стену, горящих глаз своих она не видела, но почувствовала, что, как говорится: «глаза метали молнии». Катерине показалось, что между ней и волком образовался водоворот горячего, обжигающего воздуха и… животное зависло в воздухе, а в лесу словно выключили звук. Стало тихо-тихо, ни одна травинка, ни один листок не шевелились, птицы не пели, даже солнце, как будто подёрнулось пеленой. Ни один звук не доносился до Катиных ушей, как в бункере. Хотя в бункере Катя никогда не была.
