Ему пришлось так поступить. Он долго спорил с совестью, но в итоге победил. Лечебница для душевнобольных вызвала в Ансельме чувство опустошения. Словно он предал любимую, когда поместил ее в серое квадратное здание с медсестрами, на лицах которых цвели натянутые улыбки. Конечно, он заплатил целое состояние, чтобы с Вилдой обращались, как с гостьей. Отдельная комната, обставленная любимой мебелью жены, книжный шкаф, теплая одежда, прогулки на свежем воздухе. Даже приказал снять решетки с окна, чтобы она не чувствовала себя пленницей. Ансельм выбрал самую миловидную медсестру и приставил к Вилде в качестве служанки.
С таким же успехом он мог держать Вилду и дома. Но он боялся, что не уследит. И он надеялся, тщетно и слабо, что в лечебнице ей смогут помочь. На удивление, Вилда не сопротивлялась. Она приняла лечение смиренно. Дикий нрав жены улетучился еще задолго до больницы. Она словно превратилась в пустой сосуд, который теперь окружающие старались заполнить.
– Покорность Вилды пугала Ансельма еще сильнее. Холодные ванны для бодрости – без проблем. Ежедневный врачебный осмотр ну и пусть. Опиум – только лучше.
Работа заставила его вернуться в столицу и оставить Вилду на месяц одну. Он больше не мог навещать ее ежедневно, и от этого совесть еще больше грызла душу. Доктор даже прислал ему фотографию Вилды на фоне лечебницы. Ансельм вздрогнул, когда увидел безучастное лицо жены. Распущенные волосы были убраны в высокий пучок, так не свойственный Вилде. А платье висело на ней мешком. Она похудела, и казалось, что наряд снят с чужого плеча. Это оказалось последней каплей, и Ансельм принял решение забирать жену.
Он даже не стал собирать чемодан. Схватил саквояж, куда впопыхах запихнул деньги и документы. Ансельм не успел выйти из кабинета. Дворецкий робко постучался и вошел внутрь с подносом, на котором белел конверт.
– Письмо? – одними губами прошептал Ансельм, стараясь загнать тревожность на подкорку сознания.
Схватил конверт, мельком пробежался по адресу. Писали из приюта для душевнобольных. Оно пришло почти следом за письмом с фотографией, а значит, их отправили почти одновременно. Возможно, на следующий день, потому что…
«Вилда выбросилась из окна».
Ансельм с глухим стоном оперся на стол и рухнул в кресло. Она мертва. Скончалась не сразу, но врачи ничего не смогли сделать. Или не хотели. Или же проклятье не обмануть.
