гроты полные мух и объедковтропинка над бездной прозрачнойопасное местоотмечено детским ведеркомрасплющенным а вокругваляются желудивсе бесконечно прекрасноко всему привыкаешь<p>5</p>говорить как молчатьидти как не двигаться с местажить как не житькак не жить если чудо вокруг!можжевельник сосна криваяна вершине скалыи может быть вечная жизнь<p>6</p>необъяснимо в пекле курортномприсутствие Богаисповедальные разговорыпортреты со слишком большими глазамикошка-трехцветка прижала больное ухозамерла с поднятой лапойисчезла<p>7</p>итак ничто ни с чем не рифмуетсяплотоядные грозди проблема вина и хлебаникчемный поэт – виноградины вечнозеленойудивленное сочное «о»заслоняет лицо и поселок и солнцеи не умолкает<p>8</p>сюжет: я сижу с обломком поэтанынче не пьющий он счастливяшмовое яйцонайдя на пляжесмотри говорит – картинаи правда: пьяный китаецна зеленую смотрит луну<p>9</p>закрытая для иностранцевчасть побережьяздесь хаосяшмы пейзажнойздесь подземный порядокв галереях туннелях шахтахгде летучие мыши ракеты люди<p>10</p>сколько уехало сколько погибло сколькосело а севастопольский поездследует по расписаниюутвержденному кем-токажется кагановичемтысячелетье назади в четыре с чем-то утрасталинский симферополь<p>11</p>прочтешь улыбнешься бледное чувствопромелькнет исчезнети все стихивымышленные горынас окружаютсходит загар ложатсяпод глазами тени складки морщинысветовые дорожки<p>12</p>боль это слишком легколюбовная мукаобщественная одержимостьострие экстазасчастье непереносимоне трогает не передаетсяне пронзает<p>12</p>окончены стихи – три, девять, сорок днейдолжны пройти пока не потеряютпоследнего тепла – душа? простимся с нейпускай другие повторяютее извилистый ее закостенелый ходчервяк покинул яблоко он вылезна свет и в ослеплении ползета мы во тьме остановилисьдоступный сердцу сектор бытиявсе гуще населен исчезновеньемпереливается шипя через краяс холодно-содовым кипеньемединственное веществоне иссякающее в нас ни вместе с намипрозрачная невидимая памятькогда никто не помнит ничего<p>11</p>дул ровный ветерветка софоры скрипелараскачивалась лунастучали костью о костьжелезом об дерево как мертвецыслова завезенные мноюиз литературной столицытам – живые здесь – нелюди и скорлупа<p>10</p>
