где сны с марширующей каской катящейся штукойтакие ровные сныкогда во рту приоткрытомтаинственно розовы десныо сад офицерских детейв городках обнесенных оградкойгде звезда выцветая в просветах ветвейбледно-розовой теплится, передрассветной лампадкойо нежная техника снаиз ворот выбегаягромыхая на лапах еловыхо малина пушистая жаркая и меховаяи словно бы вся сплетенаиз огней разноцветных – зарыться в нее с головоюсо звоном в ушах!<p>«короны из листьев дубовых…»</p>короны из листьев дубовыхсветильники спуска в метроглубокие общецерковные свечии тусклая бронза и старческое сереброи своды и все путешествие – поводк необнаруженной Встречеретро – и мольба в обращении кверхуретро или скорбь в ускользаньи под землюи гипсово-белый туннелькак пятничный вечер на Страстной седмицевтекает в раздавшиеся глазницышвыряет на мраморную постельи вот в ежедневном учебнике смертив лучебнике самодвиженья из безднысверкнет на портфеле замок –и чувствую приоткровение твердиступень ускользающую из-под ноги тяжесть распахнутой Книгиживотной, небесной<p>«слепяще-либеральный ужас…»</p>слепяще-либеральный ужаснад политической толпойкружит погода разнедужасьсверкнет зрачок полуслепойи отражается на стеклахочков – оконное стеклореки раздвоенное жало, чернильница, тень пьедесталатень ветра черная, которымчугунный памятник снеслоно память сжатая повторомв живую слякоть утопляетсгибающееся веслои правит лодкой сухопутнойсухие листья подцепляяс газетным смешанные сором<p>«неправильная музыка в костях…»</p>неправильная музыка в костяхее неплодоносный фосфорхотя глаза холодные блестяти по губам безгубым как по доскамбосое пламя пятками стучиткак заживо дощатое растеньежил музыкант рожденный после всейсуществовавшей музыки – при сценеиз оперы глухонемойон декорация он – дерево для пеньякукушки, узницы стеннойи ходики устроены как дачакак дом уединенья и работынад истерическим скрипичным кругом плачав отмеренном квадрате временнойтюремно-кукольной природы<p>Я не услышу чтенье</p>
