многовиденье и многословьехор вещейпокрываемый ревом понятийосвещая скалистое море с холодной любовьюобнаружит луна обнаженную женщину, платьенежный слой размыкая объятьямежду скользких ложится камнейвозле ног ее влажныхсловно двое влюбленныходежда и кожарасстаются – а были настолько похожибыли сестры – одна обнимала другуюцвела темнота шевелиласьв их губах озаренных луноюи блуждала больная улыбка прибоявозле ног ее влажныхмежду прибрежных камней –он раскачивается над нею,хор вещей покрывая светящейся тканьюобнаженное тело что взято в порыве прощаньяизогнуто и взметено в разворотеконвульсивное звездное облако плотижаль – душа расстается с одеждой своейжаль – но светится моревозле ног ее влажныхОктябрь 1981<p>«едва ли россия – иная земля…»</p>едва ли россия – иная земляна этом же месте да не под ногамиа над головой – совершенно другаямы ждали мы видели: выйдет нагаясвобода – но вышла подол заголякакая-то баба с тоской продуктовойво взоре – она озирает полянесыто, блуждающе, от неземногоодно только небо над нею и сновапод небом – недоля и жлякостлявой дорогой вернется к истокамвернулась – гуляет, пускай тополяжелезнодорожной листвой помаваютцистерны и мокрые горы угляжелезная тьма на платформах – живаязеленая темень пошла подбоченясьвыписывает вензеляплывет выступая плечом или бокомсмертельная техника в танце жестокоми у станции ход замедляетАвгуст 1981<p>«лица троллейбусов помнишь ли прежних?..»</p>лица троллейбусов помнишь ли прежних?что за добрые лицатогда на меня смотрелииз-под очков запотелыхтайные интеллигентышепчущиеся по ночамбестелесные их постелиневыключенный телефункенподле койки на стулеподвывает но полонистинной правдойболезненно-синие искрыв темноте рассыпая с трескомкрупные синие искрыНоябрь 1981<p>«естественное чередованье…»</p>естественное чередованьедемонстрации с тайникомодно обнаруживаешь скрываядругоена ветровом стеклетитанического грузовикамаленький Сталин глядит генераломв сейфе районной милицииконфискованный американецрозовый штатский хрущевкипятится снимает шляпуугрожает писать наверхжаловаться СамомуНоябрь 1981<p>«лица любимых и любящих наши пиры освещали…»</p>
