Пораженный твоей наготойЯвляется деньПереполненный вздохами моряЛедяной белизной и снегами.Прижимается крепко к твоим волосам,непостижимым, трепетно пряным.Тонет в холоде огненных глазТихо стонет в камнях,ожидая сестру свою – ночь,хозяйку молчанья и звездобжигающих, пьяных.<p>«Все ближе и ближе к молчанью…»</p>Все ближе и ближе к молчаньюЯ вновь возвращаюсь к огнюславянских молитв и преданийЯ – холст на февральском ветруЯ – плеть из боснийского небаслепая, горячая медьИ тень зачерствевшего хлеба,упавшая в гибкую сеть.<p>«Поле ржаное…»</p>Поле ржаноеЗерна растерла в ладоняхи улыбнуласьИюня последние дни.<p>«Ночь у воды…»</p>Ночь у водыи странный поцелуй:друг детства необычно неженСпят островаНи страсть и ни любовьтвое скупое сердце не утешатНи суета, ни ложьи ни покой —Бесцветный опыт в медном поцелуе,А утром – пустотаРечной прибойсоломинкой иероглифы рисует.<p>«Дни нам даны для славы…»</p>Дни нам даны для славы,чтобы рождать героев —великих в смиреньеи сильныхпламенным сердцем и волейНочи даны для молитвы-легкой и непорочной(руки увиты цветамитравою упругой и сочной)Вечер – для детских игрдля размышления и чаяПахнет душицей, кипреемМеряет время свечами,Держит весы из тонкихнитей закатного солнцаИ на груди хрустальнойОберег – чистая бронза.<p>«Спящий в дупле одинокого дуба…»</p>Спящий в дупле одинокого дубаОбласканный летним тепломНашедший свое утешеньев созерцанье воды и икон…Над клевером пчелы кружатсяМедвежонок спросонья урчит,царапает влажную землюЭхо проснулосьУтро не спит.Дочь моя пахнет ребенкомвкусной и сладкой едойУмытый грозою и ветром,Проснись,нам пора за водойПо глиняной, узкой тропинкевтроем побежимУ рекиБездонное сердцеи рукикак отблеск небесной сохи<p>«Сломанный нож…»</p>Сломанный ножКем-то брошен на скользкой дорогеРазмышляюПоднять или нет<p>«Арабской вязью ночь…»</p>Арабской вязью ночьписала книгуо самом сокровенном и святомВ одеждах из египетского шелкаона входила робко в отчий домУ очага садиласьи молчалао насо детяхи о Судном днеЧертополох сухойв руках держалаузоры рисовала на стекле,А утром исчезалав лунном свете,оставив на пороге мягкий воски тень волос на глиняном кувшинеи на спине – следы от острых розг.<p>«Чуткие пальцы нащупали…»</p>
