Маньяка взяли, был он в разработке,
Тут скорая примчалась в аккурат!
Да, дело получилось очень шумным,
Маньяку дали целых двадцать лет.
Всем Пашка теперь нравился безумно,
О нем писало множество газет…
А через год они сыграли уже свадьбу,
Галина была чудо, как мила,
А Пашка со своей боксерской статью,
Надежным мужем стал ей, прямо как скала!
А Стелла не хотела идти на вечер встречи,
И вовсе не в наряде была ее беда,
А в том, что ей похвастаться перед народом нечем,
Карьера незначительна, да и живет одна.
Ведь, первая красавица, отличница и умница,
И красные дипломы, и в грамотах стена,
А троечница Люська живет себе в хоромах,
А двоечницей Туркиной любуется страна.
Она моделью стала и умотала в Штаты,
В английском ни бельмеса, и как только смогла?
А Витя Кузин, кстати, был тот еще повеса.
Женат, детишек двое и умница жена!
У Люськи муж богатый, и старше ее сильно,
Он толстый и плешивый, на фото просто Шрек,
У Туркиной любовник худючий и субтильный,
Имеет ресторан его в Америке успех.
Придет на вечер Наденька, глаза б ее не видели!
Такая была гадина, сейчас она жена
Политика известного, его все ненавидели,
Но Наденьке отписаны квартиры и дома!
А Стелле чем похвастаться? Живет всего лишь с кошкой,
Читает Мандельштама и слушает Бизе,
В большой играет теннис, и пишет понемножку,
Вторую диссертацию о неокортексе.
Ее научный центр звезд с неба не хватает,
Но Стелла заграницей бывает дважды в год.
Да, денег на Европу ей иногда хватает,
Объехать же Россию – как раз наоборот!
Чтобы развлечься как-то, брала уроки танго,
Вокалом занималась, такой вот был порыв,
А этим летом даже ныряла с аквалангом,
На море Средиземном, про страх воды забыв.
Досуг ее заполнен походами в театр,
На выставки, концерты и реже на балет,
И как сказал однажды ее любимый Сартр:
«Я сам своя свобода», как будто дал совет.
И Стелла наслаждается своей свободой полной,
Любовь до гроба только пока в ее мечтах,
И жизнь свою считает вполне себе достойной.
И это не стыкуется у многих в головах.
«Ну что, ты замуж вышла?» – при встрече вопрошают,
Все те, кто был с пеленок со Стеллою знаком.
Они, конечно, лучше про счастье в жизни знают,
Им лишь бы в ЗАГС сходила, пусть даже с алкашом.
Была бы поскромнее, нашла бы Бармалея,
Да, родила б ребенка, потом бы развелась…
И с каждым годом люди на Стеллу смотрят злее,
За то, что не стремится со всеми в масть попасть.
Вот Стелле и не хочется идти на вечер встречи,
Придут туда «успешные», а жизнь у них – завал!
И стыдно будет ей смотреть в глаза им целый вечер,
Ведь все их достижения в ее глазах – провал!
Наверное, что-то с моей энергетикой,
Грустно Альбина сказала.
Мужчины какие-то с гадкой эстетикой,
Лезут под одеяло!
Намедни, сантехник мне кинул намек,
Сантехник! Куда еще хуже!
Я чувствую – это какой-то урок,
Мне гуру какой-нибудь нужен!
Подруга, с которою пили вино,
Альбину во всем поддержала,
Дала телефон колдуна одного:
«Отвадит твоих маргиналов!»
Колдун оказался серьезным спецом,
Почистил Альбину камнями,
Какие-то знаки нарисовал,
Вращая над телом руками.
Полгода ходила Альбина к нему,
Он снял с нее кучу проклятий,
Она доверяла ему одному,
И вдруг осознала, что хватит!
Полгода она не видАла мясца,
Полгода сидела в асанах,
Ментально молила Святого Отца,
Летала по Звездным Храмам.
Фиамы дымились в квартире ее,
Кристаллы стояли повсюду,
И только из хлопка носила белье,
Из глиняной ела посуды.
Но вот унитаз забился опять,
Вибрации вонью подпортив,
Альбине пришлось вновь сантехника звать,
И он к ней явился, извольте!
Высокий и сильный, с улыбкой лихой,
Проблему решил он мгновенно,
И вдруг заявил: «Мне бы душик принять?»
Сказал, что конец его смены.
Альбина не верила даже ушам!
Защита с бронею упали,
И дальше случился какой-то бедлам,
Кошмар! Даже стены дрожали!
Наутро Альбина проснулось другой,
Оделась в шелка с духами,
И ей захотелось омлет с ветчиной,
Отправилась завтракать «К МАМЕ».
То был ресторан с верандой в цветах,
Тусовочно-модно место,
И вдруг ей за столик записку прислал
Шикарный мужчина, гротеский.
Мадам, вы – прекрасны! От вас идет свет,
В записке свой нацарапал,
Я вас пригласить бы хотел на обед,
Поедемте завтра в Неаполь?
А может, не зря так старался колдун?
Альбина подумала сразу.
Потом улыбнулась: сантехник-Нептун,
Избавил ее от проказы!
Я август мечтала весь выпить до дна,
В ночи налила я хмельного вина,
И села под звездами на берегу,
С бокалом в руке я тебя стерегу.
Я вижу тебя, ты на яхте стоишь,
И мне улыбаешься – тоже не спишь.
Мне кажется, слышу я твой сердца стук!
Почти ощущаю горячечность рук!
В объятия твои я готова упасть,
Тебя ведь снедает подобная страсть?
По гальке шуршащей к тебе я иду,
Я верю, написан ты мне по роду!
И лишь одного я не в силах понять,
Как яхту твою мне прикажешь догнать?
Все дальше и дальше огни от меня,
Все меньше, как будто в бокале вина.
Я к морю тянусь за тобой и мечтой,
Но море меня окатило водой.
По берегу я одиноко мечусь:
А вдруг, ты утонешь, теперь я боюсь…
По всем канонам общежития
Пришел тот час, что спать пора,
Но музыкальные открытия -
