К полудню я с капитаном и его стражниками закончил проверять порт. Был выявлен еще один склад, на котором хранились значительные запасы опиума, их не успели перепрятать, хотя почти преуспели в этом. Я уже распорядился оставить возле склада двоих стражников, как в порт пожаловал самолично отец Валуа. Разговор предстоял неприятнейший, но деваться было некуда.
- Господин Тиффано, что вы себе позволяете? Почему я получаю на вас жалобы?
- Я всего лишь занимаюсь своими прямыми обязанностями.
- Вы не имеете права открывать дознание самолично, без разрешения вышестоящего...
- Имею, поскольку следы преступления против веры на лицо. Вернее, на запах. Зайдите в сгоревший склад и принюхайтесь. Мне слишком хорошо известна эта вонь, чтобы спутать опиум с чем-либо еще.
Церковник тяжело вздохнул и мягко меня пожурил, словно речь шла о сущей безделице:
- Надо быть дипломатичней, сын мой, а не рубить с плеча. Увы, Святой Престол сейчас не может позволить себе такую роскошь, как конфликт с воягом Наварро, под чьим покровительством находится этот злосчастный купец. Так что придется его отпустить...
- Нет.
- Сын мой, позволю напомнить, что не вы здесь решаете...
- Я сказал - нет. Если вы отдадите другое распоряжение, то я... Я безусловно подчинюсь, но также незамедлительно откажусь от своего голоса в совете, и вам придется разгребать конфликт уже с другим воягом. Кроме того, я извещу вышестоящих сановников о происходящих здесь нарушениях церковных законов и потребую дознания о правомочности ваших действий.
- Господи Единый, Кысей, ты - идиот? Ты что, не понимаешь? Или притворяешься? Опиум - слишком выгодный товар, и бороться с его распространением - все равно что мочиться против ветра! Ну отправишь ты одного на костер, так на его место придет двое других! Про которых ты ничего не знаешь, и которые не будут играть по правилам! А так, по крайней мере, Святой Престол следит за его оборотом и при необходимости...
Я сцепил зубы, приблизился к отцу Валуа и процедил:
- Так почему же не выдадите разрешение? Не хотите руки марать? Я отправлю этого мерзавца на костер, понравится это воягу или нет. А потом отправлю следующих двоих, что придут на его место. Если понадобится больше костров, то поленья найдутся, уверяю вас. Но потакать и идти на соглашения с этим уродами я не собираюсь. Святые законы еще никто не отменял.
Я повернулся уйти, но отец Валуа бросил мне в спину:
- В таком случае ты отстранен. Займешься делом кардинала Ветре, а кардинал Блейк закончит твое дознание...
- Нет.
- Кысей, это уже прямое неподчинение...
- Во-первых, дело кардинала Ветре вы у меня сами забрали, во-вторых...
- Да, но дело до сих пор не закрыто, потому что именно ты не смог поймать Серого Ангела.
- ...Во-вторых, я поступлю так, как уже сказал. Отдам голос и буду требовать дополнительного дознания...
- Упрямый болван!
Я глубоко вдохнул и выдохнул, собираясь с мыслями. Прекрасно понимая, насколько уязвимо мое положение, я, тем не менее, не собирался отступать.
- Отец Валуа, простите меня, - покаянно попросил я. - Понимаю, что доставляю вам неприятности, однако прошу выслушать мои доводы. Мне слишком хорошо известны губительные свойства опиума, и я искренне считаю, что Святой Престол должен бороться с его распространением со всей суровостью данных заступниками законов. Почему мы должны склонять голову перед воягом Наварро? Почему должны договариваться в то время, как можно действовать с позиций силы, особенно в данном случае? Ведь если...
- Ты не понимаешь...
- Молю вас, дайте договорить. Вы знаете, что меня сегодня спросил один из купцов? Буду ли я искать колдуна, или им обратиться к госпоже Хризштайн! Подумайте только - купцы и не только они, вояги, помчики, простолюдины, они все не видят в Святом Престоле истинной власти, не чувствуют, что он может их защитить. Если пойдете один раз на уступки воягу, то потом уже не сможете избавиться от него. И тогда действительно, вместо одного продажного купца со временем придется терпеть и больше. И не будет, куда отступить, потому что уже замараны в этой гадости. Нельзя идти на уступки! Прошу вас, дайте мне шанс. Дайте возможность навести порядок хотя бы в этом. Хочу напомнить, что вояг тоже уязвим, особенно если мне удастся выяснить про всех причастных к торговле и сбыту опиума. Подумайте, что лучше - постоянно уступать воягу или прижать его раз и навсегда за преступление против веры?
Я выдохся и замолчал. Отец Валуа смотрел на меня со странным выражением, которое мне никак не удавалось распознать. Наконец он ответил:
- Да, теперь я вижу, что отец Георг не растерял еще нюх на людей. Недаром так за тебя хлопотал. Думаешь, что сможешь прижать вояга? Я дам тебе шанс, можешь действовать. Но ответь честно, ты хоть представляешь всю грязь политики, в которую собираешься окунуться?
Я упрямо смотрел на церковника и не собирался отводить взгляд.
- Да уж... Ладно, ступай.
Я поклонился, но отец Валуа вдруг нахмурился и вспомнил:
- Постой, а что ты там говорил про колдуна?
- Есть вероятность, что причиной пожара стало колдовство.
