— Почти семнадцать и он мужчина, — поправил ее Фильярг и заверил: — Он справится. Он же наш сын.
Безмолвные между тем добрались до лодочки, потянули ее к ним.
— Помните, от него сейчас зависят наши жизни, — повторил старший безмолвный, не сводя глаз с того, что творилось за невидимой стеной. Там к первому смерчу с неба спускался его брат близнец, и молнии уже били непрерывно, словно специально подсвечивая окружающий их хаос.
Юля содрогнулась и поспешно отвела взгляд от картины смерти.
Она заставила себя улыбнуться и радостно замахать сыну.
— Славушка, мама и папа здесь. С нами все хорошо!
— Сын, нам нужна твоя помощь! — Фильярг был по-мужски прямолинеен. — Ты же поможешь нам добраться до берега?
Он нагнулся, подхватил сына из лодочки, на мгновенье притиснул к себе и тут же передал жене.
Юля обхватила дрожащего сына, губами прижимаясь к мокрой, пахнущей солью макушке. Ледяные ручонки сдавили шею.
— Леди ассара, — сдавлено ей прошептал безмолвный. Юле и оглядываться не надо было, она спиной чувствовала приближение стихии. Но ее сын держался так долго. Он замерз, устал. Вправе ли она просить от него продержаться еще⁈ Его дар — пока странный, непонятный — только проснулся. А если он перегорит от напряжения?
— Ты у меня молодец, такую красоту создал. Я никогда не видела глаз бури. Вот бы Оле с Ильей показать!
Она говорила с восхищением, а на языке горчила ложь.
— Сын, ты же помнишь, в нашей семье уважают смелых, — Фильярг ласково потрепал сына по голове. — И сейчас я вижу перед собой самого смелого ребенка из всех, которых когда-либо встречал. Ты посмел бросить вызов воде. Смотри, как она злится!
— Я испугался. Хотел вернуться. А она кричала, что нельзя… Что не подчинится, такому как я.
Голос мальчика дрожал от обиды, срывался от пережитого страха, и Юля ободряюще гладила сына по спине, шепча: «Все хорошо. Мы вместе». А с водой она потом разберется. Обязательно.
— Просто дыши, — посоветовал старший безмолвный, — сосредоточься на дыхании. Прикрой глаза. Держи в голове картинку спокойного дня. Солнца на небе. Спящего моря.
— Я морю колыбельную пел, как мама, — запинаясь, смущенно признался Слава.
— Вот и продолжай, — обрадовался мужчина, — а мы поддержим. Так ведь, бойцы?
— Есть поддержать! — дружно грянули безмолвные, старательно глядя себе под ноги, где неспешно колыхалась вода. Уж лучше смотреть вниз, чем туда, где подбирались, окружая, гигантские смерчи, а вода вставала гигантскими волнами.
И они пели, налегая на весла, старинную асмасскую колыбельную о маленьком мальчике, не желавшим ложиться спать. Мама пугала его вулканами, которые могут проснуться и огнем, который поглотит, если он не будет высыпаться и станет слабым.
Колыбельная была сурова и жутковата, но детям нравилось.
Юля пела вместе со всеми, прижимая к себе сына и украдкой глотая слезы. Они плыли к берегу, прорываясь сквозь окружавшие их смерчи, и пятно спокойствия перемещалось вместе с ними, постепенно съеживаясь в объемах — Горислав терял силы.
Юля растирала его ледяные ладошки, вглядывалась в расширенные, мутные от усталости глаза.
— Прости, я не могу поделиться силой, — бессильно кусала она губы.
— Я справлюсь, мама, — шептал Слава, теснее прижимаясь к ней.
— Мы уже близко, — крикнул им Фильярг, который сел на весла. Лодка неслась изо всех сил, подпрыгивая на воде, а следом смерчи тянули жутковатые щупальца.
— Еще немного, — умоляла сына Юля, — еще чуть-чуть.
Горислав обессиленно прикрыл глаза. Голова откинулась назад. И стихия, радостно взревев, накинулась на невидимый барьер.
Но лодка уже ткнулась носом в песок.
Фильярг забрал у Юли сына. Выпрыгнул из лодки, бегом устремляясь на берег. Юле помогли безмолвные. И они поспешили под защиту дворца. За спиной разочарованно ревела буря, пинался порывами ветер, норовя сбить с ног. И Юля молила лишь обо одном, чтобы защита выстояла…
Они бегом поднялись на холм, и звуки бури разом стали глуше, а ветер пристыженно притих.
— Успели, — выдохнула Юля, не решаясь оглянуться.
— Не бойся, Первый недавно обновлял защиту, все будет хорошо, — успокоил ее Фильярг, — а пляж мы восстановим. Обещаю.
К ним уже бежали встревоженные дети, охранники, слуги. Выла тревога, и воздушники готовились отгонять смерчи от дворца. А она все не могла поверить, что они живы и Слава с ними.
— Он спит, устал, — ответил на ее испуганный взгляд Фильярг, укачивая сына на руках. — Ну вот, а ты боялась, что у тебя не получится подарить мне сильного сына. Смотри, какой герой растет. Такой мелкий, а уже отца спас.
Юля улыбнулась дрожащими губами и торопливо вытерла слезы с лица — не хотелось пугать старших, им и так досталось сегодня переживаний.
— Очень интересно, — в третий раз проговорил маэстро Герхан, обходя Славу по кругу.
