У него походка царя.Он вынимает папиросу, как шпагу.Он зажигает спичку как факел.Его лицо ало,словно на лицо наложен слой губной помады.На щеках — вертикальные скорбные щели —зияют морщины.В результатедвадцатилетней работы на мартенеобразовалось у него такое лицо.Его портреты находятсяна всех Почетных Досках державы.Сталевар Дюк ненавидит свои портреты,как старый добрый зверьненавидит свое отражение в зеркале.Сегодня, 1 мая 1963 года в 9 час. 15 мин.Дюк выпил бутылку портвейна «Ркацители».В половине десятогоДюк выпил пол-литра «Столичной» на двоих.Что-то между половиной десятого и одиннадцатогоДюк выпил бутылку винато ли 0,5 л, то ли 0,75 л.Дюк пребывал как раз в таком состоянии,когда поднимаются буйные силы.Сегодня, 1 мая 1963 годана главной улице Дюк увидел свой портрет.Отглянцованный фото-витязьретушированным взором взирал на демонстрантов,в зрачках его мерцалорационализаторское предложение.Дюк вышел из ряда сталеваров.Из ряда вон выходящий Дюкприблизился к портретуи в одну секундурастерзал отглянцованного производственникана столько кусочков,что — воскресни прославленный математик Лобачевский,не сумел бы подсчитать на сколько.Четыре милиционерасиних, как синие моря,отвели сталевара в отделение.Они предъявили ему следующиеобоснованные претензии и обвинения: — Алкоголик! — Хулиганствующий элемент! — Нарушитель общественного порядка! — Тунеядец!8 натренированных серьезных рукзагнули правую руку сталеварак правой лопатке.И тогда Дюк поднял кулак.Он поднял кулак той, левой руки,которую не сумели загнутьодновременно с правой.Этим кулаком, при желании,Дюк мог разбомбить городс населением в 3 миллиона жителей,уж не говоря о работниках милиции.Как раз в этот моментв отделение вошел младший лейтенант Кутузов.Так состоялась эта встреча.Кутузов и Дюквзяли друг друга за руки и заплакали.Милиционеры,изумленные,отделились от пола,поплавали по отделениюи улизнули на улицу.Кутузов набрал номер.— Понятно? — продиктовал он жене.Дюк просиял:девятнадцатилетний чекист Кутузовразъяснял красноармейцамвеликолепье Мировой Революции.— Понятно? — приказывал Кутузов.— Понятно! — клокотали красноармейцы.Позднее, лет через десять, и Дюк, и Кутузовзанимали мирные должности,такие высокие в государстве,выше которых существовалоне так-то уж и много должностей.Еще позднее Дюк уяснил,что ему, в прошлом подручному сталевара,несподручна руководящая должность.Появились молодые людис глубоким пониманием слов.Прикажут им одно слово — понимают,противоположное — понимают.Так и не достиг Дюк взаимопониманияс этими людьми.— Познакомься.Это мой сын.Молодой специалист Валерий Пепин, — сказал Кутузов.Дюк разглядывал жену Кутузова,тощую, но нарумяненную,представляя себе вафлю,разрисованную красным карандашом.Дюк звонил ей три раза:в 38 году,через год после ареста Кутузова(у Кутузова было два импортных костюма —немецкий и английский,так и арестовали его,как агента англо-германской разведки),в 42 году,в 49 году.В 53 году, когда Кутузова освободили,Дюк позвонил тоже,но забыл имя жены,и через два гудка повесил трубку.Так и повесил трубку на десять лет.Кутузов погладил жену по волосам.Она возмутилась:— Ну, чего гладишь!И так волос нет!Жена пила кубинский ром.Кутузов пил «Боржоми».Дюк пил водку.Дюк перебирал имена,подходящие для жены Кутузова.Выпил и молодой специалист Пепин.Это был четвертый стакан водкиза весь двадцатисемилетний периодего существования.Валерик захмелел.Он задрыгал волосиками,замахал пальчиками,что всегда являлось у него первым признакомпотребности обличать.В голубых глазах Пепинапоявилось выражение массового героизма.— Ты трус, Дюк! — восклицал Пепин. —Почему для папы произошел 37 год,а для тебя — не произошел?Дюк беседовал с женой Кутузова,избегая называть ее по имени.— А в 38 году ты вышла замуж?— Валерику было два годика.А деятель Пепин — вне подозрений.— Значит, вы получили неподозрительную фамилию.Жена пила ром.Кутузов пил «Боржоми».Дюк пил водку.— Ты трус, Дюк! — восклицал Пепин. —Ты все ЗНАЛ И МОЛЧАЛ!Ты не поднял голос протеста!А в 42 году ты опять вышла замуж? —монотонно беседовал Дюк.— Вышла!Пепина убили.Валерик — дистрофик.Подохли бы!Кутузов разрезал розовую пластинку семги.Нож проскальзывал по поверхности рыбы, не разрезая.Эти столовые ножи всегда не отточены.— Я подсчитал, — Кутузов елозил ножом по семге, —я подсчитал, —за 27 лет ты сварил столько стали,что если перевести на кашу,ее хватит, чтобы накормить один развсе население земного шара.Пепин разрыдался.Слезы соскальзывали с его приподнятого носа,как лыжники с трамплина.— Ты трус, Дюк!Мы призовем тебя к ответственности!Тебя необходимо обличить на собрании.Дюк много выпил.Он уснул,положив голову на сдвинутые кулаки.Над столом сияла только половина его лица,как половина алого заходящего солнца.
