Но это, строго говоря, вовсе не пейзаж, не «картина». Здесь воссоздан не некий «предмет», но движение, течение, или, уж совсем точно, — изменяющееся свечение. И цвет здесь не только был бы излишним; он, безусловно, помешал бы воссозданию изменчивого и уводящего в глубину движения света. Сейчас есть немало поэтов, которые в тех или иных отношениях близки к Николаю Рубцову, — либо в силу прямого воздействия его поэзии (а это воздействие очень властно), либо потому, что сложились в то же самое время, в той же художественной атмосфере. Однако в подавляющем большинстве случаев это чисто внешняя близость. Стихи почти всех «спутников» Рубцова — в сравнении с его стихами — внутренне статичны и плоски. Они лишены того глубинного струящегося свечения, той живой светящейся музыки, которая составляет самую суть рубцовской поэзии.
* * *
Мы сосредоточились на стихии света, но, как уже отмечалось, это только одно из воплощений существа поэзии Николая Рубцова (хотя, может быть, и самое основное). Большую роль играет в творчестве поэта и стихия ветра (так называется, между прочим, упомянутая в начале этой книжки превосходная статья Михаила Лобанова).
Вот «ветровые» зачины ряда стихотворений поэта (а зачины имеют особенно существенное значение):
Был вечер и зловещ и ветрен...
Стихи из дома гонят нас,
Как будто вьюга воет, воет...
Лошадь белая в поле темном.
Воет ветер, бурлит овраг...
Осень кончилась. Сильный ветер Заметает ее следы...
Когда в окно осенний ветер свищет И вносит в жизнь смятенье и тоску...
В который раз меня приветил Уютный древний Липин Бор,
Где только ветер, снежный ветер Заводит с хвоей вечный спор...
Грустные мысли наводит порывистый ветер...
Наслаждаясь ветром резким,
Допоздна по вечерам
Я брожу, брожу по сельским Белым в сумраке холмам...
Люблю ветер. Больше всего на свете.
Как воет ветер! Как стонет ветер!..35
Ветер, не ветер —
Иду из дома!..
Утром проснешься на чердаке,
Выглянешь — ветры свистят!..
Итак, дюжина стихотворений, у «истока» которых — ветер. Отмечу сразу же, что ветер, а также его «братья» — буря, вьюга, метель, пурга, буран и т. п. — присутствуют во множестве стихотворений поэта, хотя и не столь повсеместно, как свет.
Движение ветра, то есть воздуха, воплощается в поэзии Рубцова столь же живо и пластично, как свет и его движение:
...Вихревыми холодными струями Ветер движется, ходит вокруг...
...Незримый ветер, словно в невода,
Со всех сторон затягивает листья...
...Стоит береза старая, как Русь, —
И вся она как огненная буря,
Когда по ветру вытянутся ветви И зашумят, охваченные дрожью...
Вот он и кончился, покой!
Взрывая снег, завыла вьюга...
Где вьюга полночным набегом Поля заметает кругом...
Нередко слово «ветер» вообще не называется:
Осень! Летит, по дорогам Осени стужа и стон...
И скрипят, не смолкая, ворота,
И дыхание близкой зимы
Все слышней с ледяного болота...
...И шум порывистых берез...
Кто-то стонет на темном кладбище,
Кто-то глухо стучится ко мне...
...Сад качается, стонут стропила...
...Видеть табор под бурею мглистой,
Видеть ливень, и грязь, и со свистом Ворох листьев, летящий над ней...
И только слышно, как над полем Негромко стонут провода...
Ветер сам по себе, как говорит поэт, «незрим»; движение воздуха наглядно воплощается в движении древесных ветвей и листьев, снега, дождя, осязается всем телесным существом (поразительной силы образ: «...Дыхание близкой зимы все слышней с ледяного болота...») и чаще всего выражается в звуке (стон, вой, свист, шум деревьев, скрипенье ворот...). Ветер — это, пожалуй, основная звучащая природная сила в поэзии Рубцова:
...Что сам не можешь, то может ветер Сказать о жизни на целом свете...
И т. п.
Уже из приведенных отрывков, надо думать, явствует, что стихия ветра играет столь большую роль в творчестве поэта не случайно. Ветер — так же как и свет — летучая, непрерывно движущаяся, изменчивая, «музыкальная» стихия. Поэтому он легко входит в основу, сердцевину рубцовской поэзии.
Известно древнее представление о четырех созидающих бытие стихиях, которые располагаются в такой последовательности: огонь, воздух, вода, земля. Свет — это одно из наиболее существенных проявлений огня, а ветер — воздуха. Вода и в особенности земля (как твердое вещество, в пределе — камень) играют в поэзии Рубцова значительно меньшую роль, чем огонь (свет) и воздух (ветер)36.
Стихия ветра, как и света, воплощает в себе внутреннюю музыку поэзии Николая Рубцова. Но это, конечно, существенно иное начало. Стихия света раскрывается в творчестве поэта как сложное соотношение собственно света и, с другой стороны, тьмы. Стихия ветра едина, но в то же время многозначна, что явствует уже хотя бы из приведенных фрагментов: «...ветер свищет и вносит в жизнь смятенье и тоску»; «Грустные мысли наводит порывистый ветер»; «Был вечер и зловещ и ветрен», и вместе с тем: «Люблю ветер. Больше всего на свете»; «Наслаждаясь ветром резким, допоздна по вечерам я брожу»...
