Как рад я в чаянье грядущих благ,Пока моя любовь со мной;Быть может, и другим живется так:Вслед за хорошим днем влачится день дурной.5 А если счастья нет как нет,Я без него пытаюсь обойтись,В чем искушен я с детских лет;Насмешник скажет: «наважденье!»И в томительном желанье10 Нахожу я наслажденье.Лежать бы с нею мне, встречать бы с ней денницу,Вперяясь трепетно зеницею в зеницу;Упиться бы победою необычайной,Навеки овладев пленительною тайной!15 Я говорю: «Спросить позволь,Всегда ли, дивная жена,Ты будешь причинять мне боль?»В ответ услышав смех сладчайший,Я думаю: «Разве само желанье —20 Не дар ее же величайший?»В трудах тягчайших я так долго изнывал,Борьбу с томительной заботой претерпелИ все-таки прекрасной не завоевал,Страдая и скорбя, ни в чем не преуспел.25 О как мне горе превозмочь?Когда ей неугодна скорбь,Зачем скорбеть? Повеселиться я не прочь.А если госпоже брезгливойТо и другое не по вкусу,30 Веселье лучше горести брюзгливой.О горе! Вновь навлек я на себя укор!Я порчу нравов повсеместную кляну.Идет иной макушке головной убор,А в щегольстве я вижу тяжкую вину.35 Пусть кое-кто весьма сердитНа песнь мою, я буду петь,Хоть правда мне, правдолюбивому, вредит.Лишь тряпка держится эа тряпки,Кто благонравию привержен,40 Тот шелковой достоин шапки.Не рад я больше в чаянья грядущих благ.Так песнь моя распалась на две части,И под запретом для меня одна из них;Другие пусть поют, а я, боясь напасти,45 Из благонравия застенчиво притих.В своих предметах ограниченТак называемою честью,Напев мой слишком стал приличен;Песню робко прерываю;50 Коль на улице не ладно,Я просто двери закрываю.<p><strong>XLV</strong><a l:href="#n59" type="note">[59]</a></p>
