В воспоминанье о поэтеМне для стихов листочки этиПодарены в былые дни;Но бредом юным и невиннымДоныне в тлении пустынномНе наполняются они.Так перед Вами в умиленьеЯ сердце, чуждое сомненья,Навек доверчиво открыл;Вы б только призраком участьяМогли исполнить бредом счастьяЕго волнующийся пыл.Вы не хотели… Грустно тлея,Оно то билося слабее,То, задрожав, пылало вновь…О, переполните ж сторицейИ эти белые страницы,И эту бедную любовь.Зима 1857Санкт-Петербург<p>«Напрасно в час печали непонятной…»</p>Напрасно в час печали непонятнойЯ говорю порой,Что разлюбил навек и безвозвратноНесчастный призрак твой,Что скоро всё пройдет, как сновиденье…Но отчего ж покаМеня томят и прежнее волненье,И робость, и тоска?Зачем везде, одной мечтой томимый,Я слышу в шуме дня,Как тот же он, живой, неотразимый,Преследует меня?Настанет ночь. Едва в мечтаньях странныхНачну я засыпать,Над миром грез и образов туманныхОн носится опять.Проснусь ли я, припомню ль сон мятежный,Он тут – глаза блестят;Таким огнем, такою лаской нежнойГорит могучий взгляд…Он шепчет мне: «Забудь твои сомненья!»Я слышу звуки слов…И весь дрожу, и снова все мученьяПереносить готов.18 марта 1857<p>22 марта 1857 года</p>
Н. И. М….ву
О Боже мой! Зачем средь шума и движенья,Среди толпы веселой и живойЯ вдруг почувствовал невольное смущенье,Исполнился внезапною тоской?При звуках музыки, под звуки жизни шумной,При возгласах ликующих друзейКартины грустные любви моей безумнойПредстали мне полнее и живей.Я бодро вновь терплю, что в страсти безнадежнойУж выстрадал, чего уж больше нет,Я снова лепечу слова молитвы нежной,Я слышу вопль – и слышу смех в ответ.Я вижу в темноте сверкающие очи,Я чувствую, как снова жгут они…Я вижу все в слезах проплаканные ночи,Все в праздности утраченные дни!И в будущее я смотрю мечтой несмелой…Как страшно мне, как всё печально в нем!Вот пир окончится… и в зале опустелойПотухнет свет… И ночь пройдет. Потом,Смеясь, разъедутся, как в праздники, бывало,Товарищи досугов годовых, —Останется у всех в душе о нас так мало,Забудется так много у иных…Но я… забуду ли прожитые печали,То, что уж мной оплакано давно?Нет, в сердце любящем, как в этой полной зале,Всё станет вновь и пусто и темно.И этих тайных слез, и этой горькой муки,И этой страшной мертвой пустотыНе заглушат вовек ни шумной жизни звуки,Ни юных лет веселые мечты.22 марта 1857<p>Первая любовь</p>
