В пору тех странствий Феб дал тьме удел половинный,Длительность ночи и дня были на время равны;Оцепеняющий хлад с теплом остывающим спорилВ дни, когда винодел ягоды Вакха давил.Битвы Плеяда начнет лихие над бездной морскою —В землях восточных тогда бури родятся ордой.В эту пору как раз я брега Дуная покинул,Альп высоких хребты, что до небес достают.Замысел был мой дойти до славного града на Рейне,10 Коему блеск имен отдали Кея и Майн, —Здесь впервые презрел германец писчие перья,Чтобы ласкала взор буквы печатной краса.[439]В сопровожденье слуги я шел по владениям свевов,Коих Баценский лес кормит от многих щедрот, —Так мы узрели струи, что несут и Коцер и Неккар(Поит один виноград, соль производит другой,Соль, что из вод текучих рождает огонь-созидатель,Новую форму творя меж повивальных пламен).Тут Венера опять мое сердце многой заботой20 С толку сбивает и жар прежний умело живит.Чуть я увидел рой прельстительных дев, что гуляютВ городе том, блеща форм и одежд красотой.Стали усталую грудь ласкать их плавные речи,Хоть и не мог понимать этот я свевский язык.В путь надлежало идти, когда Фебов светильник вернулся,И чуть живого меня вынес из города конь;То я к созвездьям взлетал по вершинам гор вознесенных,То меж тенистых долин шел мой извилистый путь.Тело мое иссушала страсть величайшая снова:30 Эльзу я видел опять, к сирому ложу припав.Трижды, четырежды конь застывал между пашен безлюдных,Трижды поводья коню я неохотно давал,Все сомневаясь, не след ли в оставленный край мне вернуться,Чтобы согреться твоим, милая Эльза, огнем.Разум все же сумел победить безумство желанья,Буйное пламя уздой смог от бесчинств удержать.Тут я, все силы собрав, устремился в город на Рейне,Где постепенно ушла тяжкая боль из души,Ибо я стал изучать племена и грады германцев,40 А заодно закон, правящий ходом светил.Сколько истоков у Рейна и у двуименного Истра,Где переходят вброд Липию, Лону и Рур,[440]Где веселый Саар струится по трирскому полю,Селла и Моза, слиясь, общее имя берут,Где злосчастьем скончал свои несчетные битвыКарл,[441] что был один целой Европе грозой,Сколько галлов-врагов повергнуто Максимильяном,[442]Дабы в добычу он смог обе Паннонии взять,И как Италию он захватил, вдохновляя германцев,50 Чтобы по праву вернуть Римской империи блеск;Все это я решил взять предметом моих песнопений,Коль моим сердцем любовь не завладеет опять.<p><emphasis><strong>2. К Венере и Купидону с увещеванием покинуть сочинителя, уставшего от любви</strong></emphasis></p>
