<p>Верю</p>Верю я и верить буду,Что от сих до оных местБожество разлито всюду –От былинки вплоть до звезд.Не оно ль горит звездами,И у солнца из очейС неба падает снопамиОслепительных лучей?В бездне тихой, черной ночи,В беспредельной глубинеНе оно ли перед очиСтавит прямо вечность мне?Не его ль необычайныйДуху, сердцу внятный зовОбаятельною тайнойВеет в сумраке лесов?Не оно ль в стихийном спореБлещет пламенем грозы,Отражая лик свой в мореИ в жемчужине слезы?Сквозь миры, сквозь неба крышуУглубляюсь в естество,И сдается – вижу, слышу,Чую сердцем божество.Не оно ль и в мысли ясной,И в песчинке, и в цветах,И возлюбленно-прекраснойВ гармонических чертах?Посреди вселенной храма,Мнится мне, оно стоитИ порой в глаза мне прямоИз очей ее глядит.1857<p>Бездарный</p>Эх, горе мое, – не дала мне судьбаНи черствого сердца, ни медного лба.Тоска меня душит, мне грудь надрывая,А с черствым бы сердцем я жил припевая;При виде страданий, несомых людьми,Махнул бы рукою, – да прах их возьми!Ничто б за живое меня не задело:Те плачут, те хнычут, а мне что за дело?А медный-то лоб – удивительный дар, –С ним всё нипочем, и удар не в удар;Щелчки и толчки он спокойно выносит,Бесстыдно вторгаясь, бессовестно просит,К стене стенобитным орудьем пойдетИ мрамор с гранитом насквозь прошибет;Другие во мраке, а он – лучезарен.Ах, я бесталантен, увы, я бездарен, –Из милых даров не дала мне судьбаНи черствого сердца, ни медного лба,1857<p>Когда бы</p>Когда бы прихотью свободнойВооружила ты свой взор,И, в свет являясь дамой модной,Любила слушать пошлый вздор,И я, по наущенью беса,С тобою б дерзостно болтал,И, как бессовестный повеса,Над всем священным хохотал,И, сплетни света разработав,Пускал в стократный оборотЗапас нескромных анекдотовИль соблазнительных острот, –Меня бы общество щадило,И кое-кто в наш вольный векЕще б сказал: «Как это мило!Какой приятный человек!»А ныне свет своим сужденьемМеня язвит, как погляжу,За то, что я с благоговеньемК тебе сердечным подхожу, –За то, что, позволяя видетьСвоим глазам твои черты,Боюсь и мыслию обидетьВ тебе святыню красоты, –За то, что с старческим сознаньем,Не смея юность оскорбить,Я, полный чистым обожаньем,За грех бы счел тебя любить.Увы! Наш мир мечтам не верит,И, чужд их облачных вершин,Все мысли он и чувства меритНа свой предательский аршин.Средь общей свалки грязной прозыСмешны и неуместны в немДуши божественные слезыИ сердца трепетного грезыС их поэтическим огнем.1857<p>Я помню</p>
