<p>«Люблю ваш сумрак неизвестный…»</p>Люблю ваш сумрак неизвестныйИ ваши тайные цветы,О вы, поэзии прелестнойБлагословенные мечты!Вы нас уверили, поэты,Что тени легкою толпойОт берегов холодной ЛетыСлетаются на брег земнойИ невидимо навещаютМеста, где было все милей,И в сновиденьях утешаютСердца покинутых друзей;Они, бессмертие вкушая,Их поджидают в Элизей,Как ждет на пир семья роднаяСвоих замедливших гостей…Но, может быть, мечты пустые —Быть может, с ризой гробовойВсе чувства брошу я земные,И чужд мне будет мир земной;Быть может, там, где все блистаетНетленной славой и красой,Где чистый пламень пожираетНесовершенство бытия.Минутных жизни впечатленийНе сохранит душа моя,Не буду ведать сожалений,Тоску любви забуду я?..1822<p>«Надеждой сладостной младенчески дыша…»</p>Надеждой сладостной младенчески дыша,Когда бы верил я, что некогда душа,От тленья убежав, уносит мысли вечны,И память, и любовь в пучины бесконечны, —Клянусь! давно бы я оставил этот мир:Я сокрушил бы жизнь, уродливый кумир,И улетел в страну свободы, наслаждений,В страну, где смерти нет, где нетпредрассуждений,Где мысль одна плывет в небесной чистоте…Но тщетно предаюсь обманчивой мечте;Мой ум упорствует, надежду презирает…Ничтожество меня за гробом ожидает…Как, ничего! Ни мысль, ни первая любовь!Мне страшно… И на жизнь гляжу печаленвновь,И долго жить хочу, чтоб долго образ милыйТаился и пылал в душе моей унылой.1823К 1822 году относится временное сближение его (Пушкина) с одним греческим семейством…
Это была известная в Кишиневе Калипсо, приехавшая из Константинополя вместе с матерью своей Полихронией и с другими греками. Калипсо была красавица, но ее несколько безобразил длинный нос. Она прекрасно пела с гитарой турецкие песни. Пушкин тогда восхищался Байроном, а про Калипсо ходили слухи, будто она когда-то встретилась с знаменитым лордом и впервые познала любовь в его объятиях.
П. И. Бартенев<p>Гречанке<a l:href="#n_4" type="note">[4]</a></p> 
