Как я любил, Кавказ мой величавый,Твоих сынов воинственные нравы,Твоих небес прозрачную лазурьИ чудный вой мгновенных, громких бурь,Когда пещеры и холмы крутыеКак стражи окликаются ночные;И вдруг проглянет солнце, и потокОзолотится, и степной цветок,Душистую головку поднимая,Блистает, как цветы небес и рая…В вечерний час дождливых облаковЯ наблюдал разодранный покров;Лиловые, с багряными краями,Одни еще грозят, и над скаламиВолшебный замок, чудо древних дней,Растет в минуту; но еще скорейЕго рассеет ветра дуновенье!Так прерывает резкий звук цепейПреступного страдальца сновиденье,Когда он зрит холмы своих полей…Меж тем белей, чем горы снеговые,Идут на запад облака другиеИ, проводивши день, теснятся в ряд,Друг через друга светлые глядятТак весело, так пышно и беспечно,Как будто жить и нравиться им вечно!..3 И дики тех ущелий племена,Им бог – свобода, их закон – война,Они растут среди разбоев тайных,Жестоких дел и дел необычайных;Там в колыбели пеови матерейПугают русским именем детей;Там поразить врага не преступленье;Верна там дружба, но вернее мщенье;Там за добро – добро, и кровь – за кровь,И ненависть безмерна, как любовь.4 Темны преданья их. Старик чеченец,Хребтов Казбека бедный уроженец,Когда меня чрез горы провожал,Про старину мне повесть рассказал.Хвалил людей минувшего он века,Водил меня под камень Росламбека,Повисший над извилистым путем,Как будто бы удержанный аллоюНа воздухе в падении своем,Он весь оброс зеленою травою;И не боясь, что камень упадет,В его тени, храним от непогод,Пленительней, чем голубые очиУ нежных дев ледяной полуночи,Склоняясь в жар на длинный стебелек,Растет воспоминания цветок!..И под столетней мшистою скалоюСидел чечен однажды предо мною;Как серая скала, седой старик,Задумавшись, главой своей поник…Быть может, он о родине молился!И, странник чуждый, я прервать страшился Его молчанье и молчанье скал:Я их в тот час почти не различал!5 Его рассказ, то буйный, то печальный,Я вздумал перенесть на север дальный:Пусть будет странен в нашем он краю,Как слышал, так его передаю!Я не хочу, незнаемый толпою,Чтобы как тайна он погиб со мною;Пускай ему не внемлют, до концаЯ доскажу! Кто с гордою душоюРодился, тот не требует венца;Любовь и песни – вот вся жизнь певца;Без них она пуста, бедна, уныла,Как небеса без туч и без светила!..6
