Сидевша об руку царяЧрез поприще на колеснице,Державшего в своей десницеС оливой гром, иль чрез моряПротекшего в венце Нептуна,Или с улыбкою ФортунаКому жемчужный нектар свойНосила в чаше золотой —Блажен! кто путь устлал цветамиИ окурил алоем вкруг,И лиры громкими струнамиУтешил, бранный славя дух.Испытывал своих я силИ пел могущих человеков;А чтоб вдали грядущих вековЯрчей их в мраке блеск светилИ я не осуждался б в лести,Для прочности к их громкой честиПримешивал я правды глас, —Звучал моей трубой Парнас.Но, ах! познал, познал я смертных,Что и великие из нихНе могут снесть лучей небесных:Мрачит бог света очи их.Так пусть фортуны чада,Возлегши на цветах,Среди обилий сада,Курений в облаках,Наместо чиста злата,Шумихи любят блеск;Пусть лира тароватаИх умножает плеск, —Я руки умываюИ лести не коснусь;Власть сильных почитаю, —Богов в них чтить боюсь.Я славить мужа днесь избрал,Который сшел с театра славы,Который удержал те нравы,Какими древний век блистал;Не горд — и жизнь ведет простую,Не лжив — и истину святую,Внимая, исполняет сам;Почтен от всех не по чинам;Честь, в службе снисканну, свободойНе расточил, а приобрел;Он взглядом, мужеством, породой,Заслугой, силою — орел.Снискать я от негоНе льщусь ни хвал, ни уваженья;Из одного благодаренья,По чувству сердца моего,Я песнь ему пою простую,Ту вспоминая быль святую,В его как богатырски дни,Лет несколько назад, в тениПремудрой той жены небесной,Которой бодрый дух младойСадил в Афинах сад прелестный,И век катился золотой, —Как мысль моя, подобноПчеле, полна отрад,Шумливо, но не злобноОблетывала садПредметов, ей любезных,И, взяв с них сок и цвет,Искусством струн священныхПреобращала в мед, —Текли восторгов рекиИз чувств души моей;Все были человекиВ стране счастливы сей.На бурном видел я конеВ ристаньи моего героя;С ним брат его, вся Троя,Полк витязей являлись мне!Их брони, шлемы позлащенны,Как лесом, перьем осененны,Мне тмили взор; а с копий их, с мечейСквозь пыль сверкал пожар лучей;Прекрасных вслед ПентезилееСтрой дев их украшали чин;Венцы Ахилла мой бодрееНизал на дротик исполин.Я зрел, как жилистой рукойОн шесть коней на ипподромеВмиг осаждал в бегу; как в громеОн, колесницы с гор бедройСвоей препнув склоненье,Минерву удержал в паденье;Я зрел, как в дыме пред полкомОн, в ранах светел, бодр лицом,В единоборстве хитр, проворен,На огнескачущих волнахБыл в мрачной буре тих, спокоен,Горела молния в очах.
