Словно сто лет прошло, а словно неделя!Какое неделя… двадцать четыре часа!Сам Сатурн удивился: никогда доселеНе вертелась такой вертушкой его коса.Вчера еще народ стоял темной кучей,Изредка шарахаясь и смутно крича,А Аничков дворец красной и пустынной тучейСлал залп за залпом с продажного плеча.Вести (такие обычные вести!)Змеями ползли: «Там пятьдесят, там двестиУбитых…» Двинулись казаки.«Они отказались… стрелять не будут!..» —Шипят с поднятыми воротниками шпики.Сегодня… сегодня солнце, встав,Увидело в казармах отворенными все ворота.Ни караульных, ни городовых, ни застав,Словно никогда и не было охранника, ни пулемета.Играет музыка. Около Кирочной бой,Но как-то исчезла последняя тень испуга.Войска за свободу! Боже, о Боже мой!Все готовы обнимать друг друга.Вспомните это утро после черного вчера,Это солнце и блестящую медь,Вспомните, что не снилось вам в далекие вечера,Но что заставляло ваше сердце гореть!Вести все радостней, как стая голубей…«Взята Крепость… Адмиралтейство пало!»Небо все яснее, все голубей,Как будто Пасха в посту настала.Только к вечеру чердачные совыНачинают перекличку выстрелов,С тупым безумием до конца готовыСвою наемную жизнь выстрадать.Мчатся грузовые автомобили,Мальчики везут министров в Думу,И к быстрому шуму«Ура» льнет, как столб пыли.Смех? Но к чему же постные лица,Мы не только хороним, мы строим новый дом.Как всем в нем разместиться,Подумаем мы потом.Помните это начало советских депеш,Головокружительное: «Всем, всем, всем!»Словно голодному говорят: «Ешь!»,А он, улыбаясь, отвечает: «Ем».По словам прошел крепкий наждак(Обновители языка, нате-ка!),И слово «гражданин» звучит так,Словно его впервые выдумала грамматика.Русская революция — юношеская, целомудренная,благая —Не повторяет, только брата видит в французе,И проходит по тротуарам, простая,Словно ангел в рабочей блузе.
<1917>
<p>Волынский полк<a l:href="#comm012023"><sup>*</sup></a></p>Отчего травяная, древеснаяВесна не летит на землю?Отчего на зовы небесныеЗемля не вздыхает: «Внемлю»?Отчего из золотых шкатулокНе пускают мартовских пичуг?Засмотрелся Господь на Виленский переулок,Заслушался Волынских труб.Ведь они ничего ни знали,Радуясь круглыми горлами:Расстреляют ли их в самом началеИли другие пойдут за ними святыми ордами.Не знали, что ручьи-мятежникиУже бегут бурливо и хлесткоИ алые, алые подснежникиРасцветают на всех перекрестках.Любуйтесь, хотите ли, не хотите ли!Принимайте, ждали или не ждали!Ничего, что небесные распорядителиС календарной весной опоздали.
<1917>
<p>«Не знаю: душа ли, тело ли…»<a l:href="#comm012024"><sup>*</sup></a></p>
