Беловой автограф — Изборник. Искандер в восточной традиции — Александр Македонский. Великий город основал — Александрию. В ст-нии идет речь о ряде легенд, связанных с именем полководца.
«Взглянув на темный кипарис, пролей слезу, любивший!..»*
Беловой автограф — Изборник. Кипарис — во многих мифологических представлениях древо скорби.
«Я кладу в газэлы ларь венок весен…»*
В ЗР подзаг.: «Посвятительная».
Всадник*
В Рук. 1911 дата — июнь 1908. Черновой автограф с датой: «Июль 1908» — РТ-1. Черновой набросок начала — РГАЛИ:
Зачеркнув эту октаву (в окончательном варианте поэма будет написана спенсеровой строфой), Кузмин начал снова:
и далее, оставив пропуск для двух ненаписанных строк:
Работа над поэмой датируется на основании записей в Дневнике довольно точно. 28 июня 1908 г.: «Задумал поэму „Всадник“ в Спенсеровской строфе»; 1 июля: «Переписывал Газэлы, писал с трудом „Всадника“»; 19 июля: «„Всадник“ адски хочется писать, и недостаточно хорошо все выходит, хотя этот Ариосто-Байроновский ублюдок и не без прелести. Осенью думаю очень шарлатанить»; 21 июля: «Кончил „Всадника“, довольно ерундисто». Гюнтер Иоганнес фон (1886–1973) — немецкий поэт, переводчик русских поэтов на немецкий язык, близкий знакомый Кузмина, автор мемуаров «Жизнь на восточном ветру» (Мюнхен, 1969; в переводе на русский печатались отрывки), где много говорится о Кузмине. О причинах возникновения поэмы Гюнтер писал В. Ф. Маркову (ССт. С. 638–639). Однако в этом письме искажено психологическое состояние двух поэтов. Как вырисовывается из Дневника, оно было далеко от вспоминаемой Гюнтером «легкой иронии»: «Вечером я до полусмерти напугал немца, притворившись злым магом, но и самого меня это взволновало отчасти» (24 июня 1908); «Гюнтер открыл, что мне необходимо ехать с ним, чтобы очаровать Сиреневу<ю> и мильонера; я решительно отказывался; он целовал меня, становился на колени, умолял любовью к Сергею Сергеевичу <Познякову> и т. д. Обедали. Я сказал: „Гюнтер, я уйду, не ходите за мною, через полчаса я скажу Вам решение“. — „Аббат, не делайте этого, это страшно“. — „Ждите меня“. Просидев полчаса и обдумав, я вошел, молча запер двери на ключ и сказал: „Не говор<ите>, возьмите перо и бумагу. Пишите. Все это тайна. Все это верно. Вы поедете одни, если Вам я буду нужен, я приеду, только бы не сломал себе ногу, в Митаве оставайтесь очень недолго, спешите к сестре. Увидите Сиреневу<ю> 3-го, 8-го, в 7 ч. вечера говорите с человеком, я буду с Вами. 13<-го> поезжайте в Митаву, раньше 17-го мне не телеграфир<уйте>. Каждый день в 3 ч. мин<ут> 3–5 думайте об одном и том же предмете, очень простом, напр<имер> — цветке. Если это — цветок, носите его. Я Вам дам вещь, не имеющую особенной ценности, но всегда имейте ее с собою. Встаньте; не касайтесь меня и не противьтесь“. Я поцелов<ал> ему лоб, глаза, уши, руки, ноги и сердце. Потом говорили, любовно и нежно, беспрестанно и долго целуясь, изливаясь, клянясь. Потом он стал просить меня остаться до завтра, чтоб я его не покидал. Приезд зятя за мною увеличил его беспокойство. Опять умолял, заклинал, рыдал; я ушел. До последней минуты не выходил ко всем. Войдя проститься, я зашел к нему, спящему на столе; со сна ли, от гнева ли он отстранил меня. Простился очень холодно» (29 июня). Браманта — имя, очевидно, восходящее к имени героини поэмы Л. Ариосто «Неистовый Роланд», — Брадаманта. Елена, Дидона, Армида — героини, соответственно, «Илиады» Гомера, «Энеиды» Вергилия и «Освобожденного Иерусалима» Т. Тассо.
Часть третья*
Всеволод Князев — см. примеч. 109.
«Сладостной веря святыне…»*
В Рук. 1911 ст-ние отсутствует. Камень кольем прободая, Вызови воду. Очевидно, связано с легендой о Моисее, вызвавшем воду из скалы ударом жезла (Исх. 17, 5–7), однако адресат ст-ния изображен в виде воина (среди планов Кузмина начала1910-х годов была «Книга о святых воинах»).
Духовные стихи*
