И чудится Мирко, что с ним сыновьяДомой возвращаются живы-здоровы…Но горько молчит он, печаль затая.На пиршестве пышном не слышно ни слова.Разгневанно смотрит на Мирко паша,И властью, и кровью, и яростью пьяный,А Мирко-слепец, через силу дыша,Молчит и темнеет, как в бурю Балканы.«Проклятый гяур, я сказал тебе: пой!Не то берегись — как бы ты не заплакал!Коль будешь упрямиться, дурень слепой,Сейчас посажу сыновей твоих на кол!»И чудится Мирко: ведут сыновей,На кол сажают, — и в горестной мукеПытается гусле наладить скорей,Но жалко дрожат непослушные руки.Касается струн переливчатых он,Мерещатся старому стоны страдальцев,Но спрятался в гусле серебряный звон,Не слушают струны немеющих пальцев.О, как же спасти ненаглядных сынов?!Измучилось сердце от тайных страданий,Душа не находит угодливых слов,И голос певца замирает в гортани.Всё чудится: блещет кривой ятаганНад Сербией милой, над вольною волей,Пьют вороны кровь из бесчисленных ран,Багряный туман поднимается с поля…И Мирко вскочил — не стерпелось душе,Он гусле отбросил — струна зазвенела,Открыто, бесстрашно кричит он пашеПравдивое слово, что в сердце горело:«Пытайте, казните, — в вас нету стыда,Убийцы безвинных, позорище мира!..Но помните вы, что народная лираНе лжет никогда!»1937Ереван<p>БАСНИ</p><p>282. Мулла и дети</p><p><emphasis>Перевод М. Столярова</emphasis></p>На минарет мулла седойВзошел по лестнице витойИ, руки приложив к ушам,Вознес молитву небесам.Вот о перила оперся,Глядеть на город принялся.«Как мал внизу весь этот люд!Не люди — куры там снуют».В саду полуденной поройРебята тешились игрой.Кричат: «Взгляните поскорей —На минарете воробей!»1910<p>283. Волк и соловей</p><p><emphasis>Перевод Эм. Александровой</emphasis></p>Все знают — много зла еще на свете… Однажды на рассвете, Забывшись сном в тени ветвей, Попался в лапы к Волку Соловей.В предчувствии ужасного конца, От страха смертного и муки Из горла бедного певцаНеслись совсем не сладостные звуки.«Так вот, — воскликнул Волк, — как ты поешь! Хрипишь, гнусавишь, как шарманщик,Меж тем певцом прославленным слывешь… Да ты, брат, попросту обманщик!»Вспылил наш Соловей от этих словИ так ответил, позабыв о боли:«Да, я певец! Но я пою на воле, И песнь моя не для Волков!»1915Женева<p>284. Вепрь и лиса</p><p><emphasis>Перевод С. Шервинского</emphasis></p>
