Был тусклый зимний день, наверно.В нейтральной маленькой стране,В безлюдье Цюриха иль Берна,В тревожных думах о войне,Над ворохами русских писем,Над кипой недочтенных книг —Как страстно Ленин к ним приник!Как ледяным альпийским высямОн помыслов не доверял!Как выше Альп, темнее тучиНагромождался матерьялДля книги, медленно растущей!Сквозь цифры сводок биржевыхПред ним зловеще проступалаНе смытая с траншей и палубКровь мертвецов и кровь живых.В божбе ощерившихся нации,Во лжи официальных фразОн слышал шелест ассигнацийВ который раз, в который раз.Он слышал рост металлургииИ где-то глубоко внизу —Раскаты смутные, другие,Предвозвещавшие грозу.Во мраке жарких кочегарок,В ночлежке жуткой городскойОн видел жалостный огарок,Зажженный трепетной рукой,И чье-то юное вниманьеНад книгой, спрятанной в ночи,И где-то в пасмурном туманеРассвета близкого лучи.Во всей своей красе и силеПред ним вставали городаИ села снежные России, —О, только б вырваться туда!Ему был тесен и несносенМещанский край, уютный дом.Он жадно ждал грядущих весен,Как ледокол, затертый льдом.В его окно гора врезаласьВ литой серебряной резьбе.И вся история, казалось,С ним говорила о себе.С ним говорило мирозданье,С ним говорил летящий век.И он платил им щедрой даньюБессонных дум, бессонных век.И Ленин ждал не дня, а часа,Чтобы сквозь годы и векаС Россией новой повстречаться,Дать руку ей с броневика.<1956><p>7. МЫ НЕИЗВЕСТНЫЕ СОЛДАТЫ</p>И год и два прошли. Под хриплый Враждебный крикСо дна времен внезапно выплыл Наш материк.Шестую часть планетной суши Свет пронизал.Ударил гул «Авроры» в уши Дворцовых зал.Взвивайся в честь октябрьской даты, Знаменный шелк!Мы Неизвестные Солдаты. Наш час пришел.Мы, что на Висле иль на Марне, В грязи траншей,В госпиталях, в кровавой марле, Кормили вшей, —Мы — миллионы в поколенье Живых мужчин.Идти в растопку, как поленья, Нам нет причин.Пройдет и десять лет, и двадцать, И сорок лет, —Молиться, кланяться, сдаваться — Нам смысла нет!<1956><p>Кубок Большого Орла</p><p>8. ПЕТР ПЕРВЫЙ</p>
