- Не прогонят, - уверенно сказал Чезаре, выходя из машины и направляясь к зданию. Тирольская шляпа небрежно сидела у него на голове.
Она смотрела ему вслед, пока он шел к подъезду и, пройдя пол вывеской, на которой было написано "Служба департамента иммиграции и натурализации США", исчез в здании. Чем-то он напоминал ей мальчишку.
Так было, когда он позвонил ей на прошлой неделе. Сказал, что только что вернулся из Европы, где побывал у себя дома. Сейчас наконец решился - он примет американское гражданство. И, чтобы отпраздновать это событие, не согласится ли она после получения документов разделить с ним недельный отдых в каком-нибудь местечке, где ярко сияет солнце?
Она не раздумывая согласилась, но, когда положила трубку, начала улыбаться про себя. Может быть, на этот раз у него серьезные намерения? Конечно, она слышала о других девушках, но прошла целая неделя - многое могло перемениться за неделю.
Из-за угла послышался какой-то шум, и она посмотрела в том направлении. Кажется, там собралась толпа. Подошел полицейский, остановился у машины и взглянул на нее.
- Вы долго здесь простоите, мисс? - спросил он.
- Нет, недолго, инспектор, - быстро ответила она. - Мой друг только что зашел в здание, чтобы получить документы.
Полицейский кивнул и собрался уходить.
Из-за угла снова донесся шум. Она спросила его вдогонку:
- Инспектор, что там происходит? Он посмотрел на угол, а затем снова на нее.
- Это на Фоули-сквер, мисс. Сегодня утром здесь начинается крупный процесс над гангстерами. Кажется, каждый житель Нью-Йорка хочет попасть в зал суда.
Чезаре вошел в первую приемную. Клерк за конторкой посмотрел на него.
- Я Чезаре Кардинале, - сказал он. - Пришел, чтобы взять свои документы.
Клерк проверил картотеку на своем столе, вытащил небольшую карточку и взглянул на нее.
- Вы бы присели, мистер Кардинале. Они будут готовы минут через десять. Чезаре улыбнулся.
- Это было бы хорошо. - Он немного поколебался, а затем спросил:
- Есть ли здесь поблизости туалет?
- Через зал налево.
- Спасибо, - поблагодарил Чезаре, направляясь к двери. - Я скоро вернусь.
Он вышел за дверь и прошел через зал. Остановился у мужского туалета и огляделся. Никто не смотрел на него. Он быстро вышел и открыл дверь с надписью "Лестница". Дверь за ним закрылась, и он начал быстро, через две ступеньки подниматься по лестнице.
Перед зданием суда остановился черный лимузин. Вокруг него тут же собралась толпа. Бейкер выглянул наружу и, обернувшись к сидевшему рядом с ним свидетелю, сказал:
- Ты - большая приманка. Свидетель Динки Адаме, человек с удлиненным лицом, откинулся на спинку сиденья и надвинул на лицо шляпу.
- Крупная игра, - проворчал он без тени юмора. - Моя жизнь не будет стоить и двух центов, как только они узнают меня.
- Никто тебя не побеспокоит, - заявил Бейкер ободряюще. - Мы уже говорили, что тебя будут охранять, и до сих пор у нас все было в порядке.
Отряд полицейских очистил площадь вокруг машины. Капитан Стрэнг нагнул голову к окну.
- Все в порядке, выходите.
Первым вышел Бейкер, за ним три других агента. Они постояли немного у машины, оглядываясь вокруг, затем Бейкер кивнул Адамсу, и тот стал вылезать.
Из толпы донесся шум, подтверждающий, что его узнали. Сквозь нее они проходили в окружении полиции и агентов Федерального бюро расследований.
Репортеры выкрикивали им вопросы, но они, не отвечая, поднялись по ступенькам, вошли в здание суда и двинулись по коридору.
- Сюда, - указал Стрэнг.
Вслед за капитаном полиции они вошли в пустой лифт. Двери тут же закрылись, и лифт начал подниматься. Напряжение незаметно стало спадать.
Бейкер посмотрел на Стрэнга.
- Ну, дело сделано, - сказал он, улыбаясь.
Полицейский кивнул и улыбнулся в ответ.
- Самое худшее позади. Наверху останется только пробиться сквозь репортеров.
Динки посмотрел на них. Его лицо было бледным и все еще испуганным.
- Я буду остаток своей жизни благословлять вас, парни. Если только проживу достаточно долго.
Улыбка исчезла с лица Бейкера. Детективы посмотрели друг на друга и c серьезными выражениями на лицах повернулись к открывающейся двери.
Чезаре поднялся по лестнице на четвертый этаж, повернул и быстро зашагал в сторону лифтов. Взглянул через толпу на двери зала судебных заседаний. Там стояли двое полицейских. Он втянул правую руку в рукав шоферской куртки и ощутил в пальцах холодный металл стилета. На его губах появилась странная улыбка.
Он почувствовал, как сердце глухо забилось в груди. Похоже было на то, что он испытывал, когда направлял машину в крутой вираж и не знал, хватит ли силы сцепления, чтобы выполнить маневр. Он глубоко вздохнул, и улыбка застыла на его лице.
Дверь лифта раскрылась, и толпа бросилась к нему. Чезаре не сдвинулся с места. Он знал, что они поднимутся не в этом лифте. Его информация была исчерпывающей и точной. Тревожило лишь то, что у него было мало времени для подготовки. Он прислонился к стенке между вторым и третьим лифтами.
