Падающий-на-зад-малыш и управляющий отделением кинокомпании пошатываясь направились за ним. В дверях Бейлис обернулся и обратился к Джеду.
- Расскажи, что ей предстоит делать, и пусть она будет на пресс-конференции в пять часов.
Дверь за ними закрылась. Она и Джед посмотрели друг на друга. Он улыбнулся.
- Возможно, вы хотели бы присесть и перевести дыхание?
Ее ноги неожиданно ослабли. Она благодарно улыбнулась и погрузилась в кресло, которое только что освободил продюсер. Оно все еще сохраняло его тепло.
Джед бросил в стакан несколько кубиков льда и налил туда кока-колу. Стакан передал ей.
- Спасибо, - сказала она, беря стакан и делая глоток.
На следующей неделе она стала самой известной девушкой в Буффало. Не проходило и дня, чтобы ее фотография не появлялась в журналах, дважды за неделю ее помещали в газете "Ниагара Фоллс". Она принимала участие во всех шоу по местному радио и телевидению, встречалась со всеми влиятельными в этой округе корреспондентами и официальными лицами, Джед всегда был рядом. Ненавязчиво он организовывал съемки ее и продюсера, вместе и порознь. Где-нибудь на фотографии всегда находилось место для рекламы фильма.
В первый подобный вечер она попала домой только в три часа ночи. На следующий вечер вообще не добралась домой, проведя ночь в комнате Джеда.
Она не забыла, что Джед сказал ей прошлой ночью:
- Ты, Барбара, переросла этот захолустный городишко. Поезжай-ка в Нью-Йорк. Это город для девушек, подобных тебе.
Он дал ей свою визитную карточку, а также визитку фотографа, которого знал.
Спустя шесть месяцев она поехала в Нью-Йорк. Управляющий зданием, в котором обитал Джед, сообщил ей, что тот уехал в Калифорнию, но фотограф все еще здесь.
Джед оказался прав. Нью-Йорк - место для нее. В течение двух недель с ней заключили контракт на публикацию ее фотографий на обложке журнала "Вог". Не прошло и года, как она стала одной из самых популярных манекенщиц в Нью-Йорке. Ее почасовая оплата составляла шестьдесят долларов, и она зарабатывала почти двадцать тысяч долларов в год.
Работала она очень много и редко выходила в свет. Фотокамера была слишком безжалостной и фиксировала все без прикрас, когда она мало отдыхала. На уик-энды Барбара улетала домой в Буффало и бродила по саду перед новым домом, который купила для своей матери.
Однажды она демонстрировала новые модели костюмов перед гостиницей "Плаза". Одним из реквизитов был ярко-красный спортивный автомобиль "альфа-ромео". Когда она позировала, открывая дверцу этой машины, к ней подошел администратор из агентства. С ним был высокий, худощавый, выглядевший как иностранец мужчина. У него было приятное, несколько диковатое выражение лица, и когда он улыбался, то показывал прочные белые зубы.
- Барбара, - сказал администратор. - Я хотел бы познакомить тебя с графом Кардинале. Он был настолько любезен, что предоставил нам машину для этих кадров.
Барбара взглянула на мужчину. Она слышала это имя - граф Кардинале. Это имя из тех, о которых вы читаете в газетах. Почти легенда, подобное ди Портаго и Пиньятори, которые, как вы полагаете, не существуют в реальной жизни.
Чезаре взял ее руку и поцеловал.
- Очень рад познакомиться с вами, - улыбнулся он.
В ответ она также улыбнулась и кивнула. Он отошел в сторону, а она вернулась к работе.
В тот вечер, развалясь в кресле, она смотрела телевизор, когда раздался телефонный звонок.
- Алло, - ответила она.
- Барбара? - Его акцент был несколько сильнее, когда он говорил по телефону. - Это Чезаре Кардинале. Как вы отнесетесь к тому, чтобы сегодня поужинать со мной?
- Я.., не знаю, - ответила она, неожиданно придя в волнение. - Я просто бездельничаю.
Его голос звучал весьма уверенно.
- Это хорошо. Я буду у вас не ранее одиннадцати часов. Мы поедем в "Эль-Марокко".
Он положил трубку, прежде чем она смогла ответить. Барбара прошла в ванную и запустила воду. Только когда из ванны пошел пар, она поняла, что действительно собирается встретиться с ним сегодня.
Позже, когда они сидели в ресторане, он поднял бокал с шампанским и серьезно произнес:
- Барбара! В этом городе много говорят о том, что вы становитесь неразборчивой в связях. Мне это нравится. И я буду рад, если вы разрешите мне оказать вам помощь в этом деле.
- Что? - изумилась она, глядя на него с испугом.
Но он улыбнулся, и она поняла, что граф дурачит ее. Она тоже стала улыбаться и подняла бокал. Ему еще многое следовало узнать об американских девушках.
Голос Чезаре вывел ее из задумчивости:
- Я заеду за тобой около девяти тридцати, - говорил он. - Это даст мне время заскочить в суд и забрать документы, прежде чем мы поедем в аэропорт.
- Хорошо, - сказала она. - Я буду готова.
Глава 3
Чезаре поставил свою красную "альфа-ромео" на стоянку у здания, предназначенную только для служебных машин, и улыбнулся Барбаре.
- Ты не подождешь несколько минут, пока я сбегаю и заберу документы?
Она кивнула, соглашаясь, но, испытывая традиционный страх представителей среднего класса перед официальными знаками и указаниями, сказала:
- Поторопись. Я не хочу, чтобы меня прогнали с этого места.
