— Так, секундочку, — бормочет Дом. Мы допиваем пятый коктейль, а я понимаю, насколько же люблю Францию. — Том действительно заявил перед твоими родителями, что вы помолвлены? Чертов псих!
— Знаю, — киваю я. — На его фоне Скорпиус теперь кажется образцом нормальности.
— Значит, твой выбор становится гораздо проще, верно?
— Не знаю…
— Роза, твоя жизнь полна драмы, — зевает Дом.
Я ложусь на весьма удобную кровать, на которой до этого мы сидели и болтали. Дом Делакуров все такой же красивый и экстравагантный, как и остался в воспоминаниях, может даже стал еще лучше.
— Я знаю. И меня это так достало, Дом. Почему у меня не получается вести обычную и скучную жизнь, как у Люси?
— Ну да. Любопытно, как там поживает Люси…
Люси — это тот член нашей семьи, о котором постоянно все забывают. Луи идет следом за ней. А все потому, что они просто ведут обычную и ничем не примечательную жизнь, в отличие от меня, Джеймса, Ала или Дом. Даже на долю Молли выпала своя часть мелодрамы, правда не знаю, сколько из рассказанного ей правда. Полагаю, отец, баллотирующийся на пост Министра магии, был для Молли достаточно драматичным моментом, но это не тот уровень зашкаливания страстей, к которому привыкли остальные члены нашей семьи. Даже моя мать, баллотирующаяся на пост Министра, — это всего лишь предыстория моей жизни.
— Так, а что было потом? — любопытству Дом нет предела.
На следующее утро я бужу Эйдана и отправляю его на весь день к отцу. Как раз наступили выходные, которые он должен был провести со Скорпиусом, и пусть мне не хотелось его видеть, Эйдан мои убеждения не разделял. Поскольку Скорпиус и Дэйзи разорвали договор об аренде старой квартиры, Скорпиус теперь живет с отцом с момента своего возвращения из Америки. Итак, когда Эйдан уже полностью собран, мы берем Олли и все вместе аппарируем в Малфой-мэнор.
Когда мы прибываем, Скорпиуса еще нет. Он отправился в магазин за продуктами, и это совершенно на него не похоже. Мне даже тяжело представить себе, что он способен заниматься чем-то подобным, чем-то настолько полезным и обыденным.
Драко впускает нас, и я на какое-то время забываю о драме в моей жизни, увидев его. Он выглядит совершенно разбитым.
— Как дела? — спрашиваю я.
— Замечательно. Скорпиус должен уже скоро вернуться, — коротко отвечает Драко.
— Дедушка, я могу пойти поиграть? — немедленно спрашивает Эйдан. У Малфоев достаточно большая игровая, которая когда-то принадлежала Скорпиусу, и в которой Эйдан любит бывать, когда приезжает сюда в гости. У меня вот никогда не было игровой. Но зато у меня были кузены и кузины, и это было намного лучше. Драко разрешает Эйдану пойти играть, и тот радостно убегает.
Драко садится в кресло, а я гадаю, спал ли он прошлой ночью. Он отстраненно смотрит в камин, и я понятия не имею, что сказать, чтобы ему стало легче. Я совершенно ничем не могу помочь, чтобы облегчить его боль, и пусть у меня никогда не было слишком много времени для него, сейчас я хочу помочь.
— Ну, не собираетесь объяснить мне, почему мой сын ведет себя так странно в последние дни? — заговаривает Драко спустя несколько минут молчания.
— Ох, знаете… это такая нелепица, — пожимаю плечами, не зная, как все это объяснить.
— Он сказал, что вы помолвлены.
— Я… я правда не знаю, так ли это.
— Что ж, тогда вам стоит скорее принять решение, — говорит он.
— Это тот момент, когда вы говорите мне быть с вашим сыном?
— Нет, — коротко отвечает он. — Вы должны выбрать, с кем хотите провести свою жизнь. Жизнь слишком коротка, чтобы провести ее с человеком, которого не любишь.
Наверное, это самое глубокомысленное утверждение, которое я когда-либо слышала от него. Я вообще не была уверена, способен ли он на подобные чувства. Вот, что горе делает с людьми.
И тут до меня доходит, что он имел в виду. И это меня задевает.
Мне нужно выбрать человека, с которым я правда хочу быть, несмотря на все его недостатки. Мне нужно выбрать человека, в случае смерти которого, я буду в таком же отчаянии, как и Драко Малфой. Мне нужно найти свою Асторию, как бы это странно ни звучало.
И после этого я ухожу из дома Малфоев, аппарирую к Дом и прошу ее забрать меня подальше от этого всего.
Вот так мы и оказываемся, в конце концов, во Франции в особняке Делакуров.
— И кто же тогда твоя Астория? — спрашивает Дом, а внизу часы гулко отбивают два часа ночи.
— Если бы я знала, — отвечаю ей, глядя в потолок.
— Мне кажется, все ты знаешь, — говорит Дом. — Всегда знала.
— Видишь ли, феномен Астории в том, что она смогла вытянуть наружу все то хорошее, что было в Драко Малфое, — поясняю я. — А я же не уверена, что хоть один из этих двух идиотов, найдет во мне хоть что-то хорошее.
— Ну, не знаю… — раздраженно тянет Дом. — То есть, я не отрицаю, что Скорпиус — тот еще придурок, но когда ты рядом с ним, ты постоянно заставляешь его быть чуточку лучше. Мне кажется, что в этом уравнении Астория — это ты.
