Я по-прежнему сидел на диване и смотрел телевизор. Только по нему шла совсем другая передача. Утром, как обычно, пошёл на работу (я тогда работал лаборантом в астрофизической обсерватории). По дороге встретил соседа Пабло. Он, как увидел меня, сделал удивлённое лицо, спрашивает: где пропадал целых три дня, что-то тебя видно не было? Я, конечно, был ошарашен - потому что совсем не помнил, как меня похитили. Да и вообще, про НЛО. Пришёл на работу - а коллеги косятся на меня. Им я тоже так и не смог объяснить, где меня носило эти три дня? Проспать вряд ли мог - соседи рассказывали, стучались ко мне так, что дверь чуть не снесли, но я не открывал. А сон у меня тогда был чуткий - если бы так барабанили, обязательно бы проснулся. Мой друг Мануэль говорил, что видел меня три дня назад на балконе (а мы жили по соседству), и вид у меня был ну совершенно никакой. Он окликнул меня - никакой реакции, а взгляд как у зомби. Он испугался, быстренько к себе в квартирку. Потом клялся, что в тот момент мог ожидать от меня чего угодно. Например, что я вонзил бы в него нож и хладнокровно сбросил бы тело вниз - такие у меня были глаза.
- Ничего себе! - в один голос воскликнули мы с Миррой Вячеславовной.
- Да я и сам, честно говоря, когда такое услышал, не знал, что и думать. Была даже мысль: а не сошёл ли я с ума? Потом начались странности. Раньше я относился спокойно, если рядом со мной не было воды. И высоту переносил нормально. А после этого случая сама мысль о том, чтобы потерпеть без воды часок-другой или чтоб лететь куда-нибудь на самолёте, приводила меня в ужас. Конечно, избегать этих ситуаций не всегда получалось, приходилось с собой бороться. Но если бы меня спросили: пожелал бы я врагу вытерпеть подобное, я бы однозначно сказал: нет. Помнил бы я, в чём причина таких страхов, наверное, мне было бы легче с ними справляться.
- А когда Вы это вспомнили? - поинтересовалась Мирра Станиславовна.
- Совсем недавно. После того, как я побывал в вашем планетарии, мне начали сниться странные сны. Тогда я всё и вспомнил. Видимо, когда похитители стирали мне память, что-то сделали не так.
Мы с Миррой Вячеславовной никак не могли прийти в себя от услышанного. Если бы я своими глазами не видела НЛО, то подумала бы, что дон Гильермо либо разыгрывает нас, либо сошёл с ума. Теперь я понимала, что самоубийство вовсе не входило в планы моей начальницы. Да и способ ненадёжный - бросаться со второго этажа. Особенно учитывая, что её квартира в соседнем доме - на пятом.
- А ещё, - продолжал гость, - они мне, видимо, для того, чтобы компенсировать неудобства, оставили некоторое умение или, вернее сказать, предчувствие. Я стал видеть, с кем в ближайшее время случится беда. В первый раз было - разговариваю с Педро, своим товарищем по партии, и вдруг понимаю, что больше его никогда не увижу. Тогда мне эта мысль показалась бредовой. Парень был здоровый, ему ещё сто лет жить и жить. А я как раз собирался на неделю улететь по делам. Думал: разве что я сам прямо в самолёте отдам Богу душу. И что вы думаете: он на следующий день попал в аварию и разбился. Я даже на похороны не успел. Потом ещё несколько раз было такое.
- А Вы не пытались как-то предупредить, предостеречь? - спросила моя начальница.
- Да если бы я знал, за каким углом человека караулит смерть или беда! Тогда бы я, конечно, сказал. Возможно, меня бы и приняли за сумасшедшего, но совесть моя была бы чиста. Но подробности мне, увы, неведомы.
- Но с нами хотя бы ничего не будет, не знаете? - честно сказать, я начала немного бояться его зловещего дара.
- Ничего плохого не вижу - ни с Вами, ни с Миррой. По крайней мере, в ближайшие две недели.
Я облегчённо вздохнула - хоть какое-то утешение! Впрочем, минут через пять я уже в это не особо верила. Иногда у меня критические дни проходят более-менее терпимо, но иногда как схватит живот - хоть вой от боли и лезь на стенку. Словно вовнутрь залили крутой кипяток, обжигая внутренности.
К тому времени я уже допила свой чай и, сжимая пальцы от боли, побрела на своё место. Цифры, понятное дело, шли плоховато. Даже слушать, о чём говорили начальница и гость, почти не получалось.
Впрочем, поговорить им особо было некогда - вошла Света и привела другого посетителя. Чтобы не мешать Мирре Вячеславовне работать, дон Гильермо взял книгу и углубился в чтение. Но перед этим вдруг встал, приблизился к Свете и пожал ей руку со словами:
- Держитесь, Светлана!
- Спасибо, - ответила та несколько озадаченно.
Я же, памятуя о его даре, не на шутку испугалась за коллегу. Неужели и с ней должно что-то случиться? Жалко! Она такая молодая, одна воспитывает пятилетнего сына. Как же ребёнок без мамы будет? Хотелось надеяться, что дон Гильермо что-то перепутал. Бывает же, в конце концов, такое - все ошибаются.
Боль же с каждой минутой становилась всё невыносимее. Уже не было никаких сил её терпеть. В аптечке не оказалось ничего, кроме "ношпы" - но мне она как мёртвому припарки. А что-нибудь более эффективное я, как назло, не взяла.