В конце концов я попросила Мирру Вячеславовну отпустить меня домой, объяснив, что сильно болит живот.
- Конечно, Даша, идите, - ответила она.
Уходя, я попрощалась с ней, с доном Гильермо и с другим посетителем, имени которого так и не узнала.
- Счастливого пути, сеньор Монтана! - сказала я по-испански, вспомнив, что завтра утром он улетает к себе на родину.
- Спасибо, Дарья! - ответил он с улыбкой. - Вам тоже удачи и счастья! Рад был встрече с вами!
Потом был тесный автобус, где каждый, казалось, так и норовил дать сумкой в живот, путь длиною в вечность от остановки до дома. Конечно, кто-то удивиться, как после такого я не смотрела в испуге на небо, готовая спрятаться, лишь только на нём покажется что-то круглое. Но в таком состоянии мне было не до инопланетян. Одна мечта была - поскорее добраться до дома, выпить обезболивающего и лечь на диван.
Утром я чувствовала себя значительно лучше.
- Как ты, Даша? - поинтересовалась Мирра Вячеславовна, когда я переступила порог библиотеки.
- Нормально. А Вы?
- Всё хорошо.
- А Света как? Надеюсь, она жива?
Лицо начальницы сделалось испуганным:
- Да ну тебя! Что ты каркаешь? Сейчас должна прийти.
- Дай Бог! А то после того, что сказал дон Гильермо, я уже боюсь за неё.
В ответ Мирра Вячеславовна удивлённо выпучила глаза:
- Какой дон Гильермо?
Чего-чего, но такого я никак не ожидала. Я как стояла, так и застыла на месте, не зная, что вообще сказать на такое заявленьице.
- Ну, этот же... сеньор Монтана. Ну, с которым вы про астрономию говорили. Он ещё вчера Вас от инопланетян спас.
Начальница как-то странно на меня посмотрела - с сомнением, в здравом ли я рассудке.
- Даш, по-моему, ты чересчур увлеклась фантастикой. Я астрономией никогда не интересовалась, и сказать мне на эту тему совершенно нечего. А с инопланетянами тем более не общалась. Не приходилось.
И как прикажете это понимать?
- А посетителя из Перу хотя бы помните? Политика, который к нам заходил?
- Перуанские политики? Я тебя умоляю! Тут и наших не дождёшься, а ты хочешь, чтобы с западного полушария кто-то к нам притащился!
"Ну всё! - подумала я. - Это труба!"
Ничего не понимая, я прошла на своё рабочее место, бросила сумку и пошла к Свете. В воздухе витал запах груш и фиалок. Интересно, откуда? Фиалок в цветочных горшках не было. А груши... Может, Мирра Вячеславовна принесла?
Света пришла на работу через две секунды. Слава Богу, живая и здоровая.
- Ну что, попьём чайку?
Я охотно согласилась.
За чаем я рассказывала коллеге, что стряслось с Миррой Вячеславовной.
- Представляешь, после вчерашнего сама не своя. Совершенно не помнит дона Гильермо...
- А кто это такой? - спросила Света.
- Свет, ты чего? Он же только вчера уехал, а ты его сразу и забыла?
- Вообще такого не знаю.
Дурдом! Понятно, Мирра Вячеславовна могла от потрясения умом тронуться, но Света... На неё-то инопланетяне вроде не покушались. Может, они снова похитили дона Гильермо, а им как свидетельницам стёрли память? От этой мысли становилось жутковато. Эдак в один прекрасный день они могут утащить и меня. И никто из землян не вспомнит, что была такая Даша Козлова. Жесть!
Когда мы попили чай, и я помыла за собой кружку, спустилась немедленно на первый этаж.
- Николай Андреевич, можно вопрос?
- Да, что ты хотела?
- Да вот, посетитель из Перу, кажется, оставил карандаш.
- Из Перу? Это кто же?
- Ну, который наведывался к нам, как на работу. Целых две недели.
- Этот еврей с палочкой, что ли? С чего ты взяла, что он из Перу?
Еврей с палочкой, который больше недели активно посещал наш музей, точно был не из Перу. Коренной москвич, Моисей Исаакович прожил в столице нашей Родины до самой старости и только на восьмидесятом году уехал к сыну в Израиль. Это случилось ещё в прошлом году.
- Я про дона Гильермо, - сказала я прямо.
Андреевич в ответ недоумённо пожал плечами: мол, вообще такого не знаю. Значит, ему тоже стёрли память.
Оставалась последняя надежда - Марья Михайловна, уборщица. Чтобы прокормить двух оставшихся без родителей внуков, она работает на двух работах. У нас - по совместительству, приходит к нам вечером и убирает здание. Вполне возможно, что инопланетяне её просто не застали и, следовательно, память стереть не успели. Надо будет обязательно с ней поговорить.
Весь день я, как обычно, занималась платёжками. К вечеру пришла Марья Михайловна. Что-то я у неё хотела спросить... Ах да, насчёт отпуска. А то она говорила, вроде хочет взять в июле или в августе, с внуками на дачу поехать.
- Ой, Дашуль, я, наверное, всё-таки в июле. Пока тепло, пусть побегают, в речке покупаются.
Написала заявление, Мирра Вячеславовна не возражала, подписала, сказав при этом странную фразу:
- Надеюсь, инопланетяне не будут отвлекать тебя, когда ты будешь рассчитывать отпускные?
Интересно, почему они должны меня отвлекать? И существуют ли они вообще?