Сьюзан даже не намекнула Алу на тему нашей встречи, о чем мы собираемся с ним говорить. Возможно, если бы она сказала заранее, Ал вообще не пустил бы нас в свой офис. Так или иначе, мы пришли и начали разговор с обычных, ни к чему не обязывающих фраз. Пока губы мои произносили пустые по содержанию фразы о паршивой погоде в Кембридже, внутренне я собирался с духом, чтобы сообщить о том послании, которое я привез оттуда. О послании Стивена. Конечно, изложить эту новость гораздо проще, чем суть пресловутого «излучения Хокинга», но я ожидал, что моей новости будет оказан такой же холодный прием. Физики повторяли фразу «черные дыры не излучают» как мантру, а Стивен ниспроверг эту непреложную истину. Фраза «вы не можете забрать назад свое слово и просить об удвоении уже согласованного аванса» звучала для меня не менее непреложным принципом делового мира. Похоже, Стивен собирался ниспровергнуть и эту аксиому.
– Что? Я не могу сообщить об этом издательству
Затем, вполне предсказуемо, он продолжил в том духе, как я и ожидал:
– Так не делают. У нас с ними контракт. Вы согласились с этим контрактом. Мы дали им наше слово.
– Я знаю, – ответил я смущенно.
Ситуация сложилась странная. Я понимал, что если кто-то и может выполнить просьбу Стивена, то только Ал; с другой стороны, именно Ал понимал всю одиозность этой идеи. Я чувствовал себя очень скверно, но все-таки решил идти до конца. Я смирился с тем, что буду настаивать на требовании выплатить нам больше денег. Это было странное чувство – смириться с тем, что нужно добиваться дополнительных денег.
– Почему вдруг он просит об этом сейчас?
– Я не знаю. Но он хочет именно этого.
– В издательстве
– Да, Ал, но они ведь согласятся, как ты думаешь? – спросила Сьюзан.
– Они не согласятся, потому что я не буду просить их соглашаться. Я просто не могу этого сделать, – гнул свою линию Ал.
Мы все трое сидели и смотрели друг на друга, как участники телевикторины, у которых спросили, как называется столица Ботсваны. Сьюзан первой нарушила тишину:
– Утро вечера мудренее. Давайте созвонимся и вернемся к этому вопросу завтра или в один из ближайших дней.
– Для меня утро не мудренее вечера, – отрезал Ал. – Просто скажите Стивену, что я сказал «нет».
– О’кей, – сказал я. – Но, Ал, вы должны узнать еще кое-что. Это между нами. Стивен выражает недовольство.
– Что вы имеете в виду? – спросил Ал.
Я не хотел поднимать эту тему, но придется. Тем более что это правда.
– Некоторое время назад он сделал одно замечание. Он обеспокоен, что вы стали менее напористым.
– Менее напористым? Дело тут вовсе не в напористости. Нет никакой разницы, какой аванс вы получаете. В любом случае, вы получите за книгу вполне определенную сумму. Если не сейчас, в виде аванса, то потом, в качестве гонорара. Книга великолепна. Она разойдется в количестве не менее миллиона экземпляров. Просто передайте ему: я сказал, что эта идея с авансом – плохая, потому что аванс не имеет значения.
– Я могу сказать ему. Или вы можете написать ему по электронной почте.
– Хорошо, я напишу, – парировал Ал.
На этом можно было кончать разговор. Но я решил, что откроюсь Алу до конца.
– Должен заметить, что Стивен еще кое-что сказал, – добавил я. – Он сказал, что если Ал не справится, то пусть Ал идет в….
– Я была шокирована, услышав это от Лена, – подхватила Сьюзан. – Я уверена, Стивен не имел в виду ничего особенного. Это просто одно из этих британских выражений.
– Он действительно сказал: пусть Ал идет в…? – недоверчиво переспросил Ал.
– Извините, – продолжал я. – Очень неловко говорить об этом. Но именно это он и сказал.
Мне было ужасно неудобно. Как, должно быть, болезненно воспринимает эту колкость Ал, если она исходит от Стивена – человека, для которого Ал столько всего сделал! Наступило мертвое молчание. Провалиться бы мне на этом месте, подумал я, и очутиться… Даже в кресле дантиста с работающей бормашиной мне было бы сейчас уютнее! Ал обратил свой пристальный взгляд сначала на Сьюзан, а потом на меня. Его густые брови поднимались и опускались. Затем он пожал плечами и сказал:
– Бывало, меня посылали и подальше.
Ал улыбнулся и спросил, как поживают мои дети. На этом наше собеседование закончилось. Услышав в свой адрес нелицеприятное выражение от Стивена, Ал решил «прощупать почву» в издательстве
