– Я намерен выйти на дорогу, идти к людям в школы, на автобусные остановки, в очереди, в офисы, в приемные больниц, на станции метро, в церкви и торговые центры. Я хочу говорить с ними, хочу, чтобы они меня узнали; хочу показать им, какой я человек на самом деле, а не тот монстр, которого они представляют, читая газеты.
– Благородное намерение, – кислым тоном произнесла Шона. – Только это рискованно, может привести совсем не к тем результатам.
– А я «за», – объявил Гэвин. – Король прав; нам нужны действия, а не разговоры.
– Точно. Отправим нашего парня в дорогу, и пусть люди решают, – добавил Кэл. – Если газетам нечего освещать, пусть рассказывают про это!
Эмрис одобрительно кивал, и Шона, в конце концов, согласилась, сказав:
– Ваше желание – моя команда, сэр. Давайте составим список площадок, и можно начинать.
Она и Гэвин ушли, чтобы готовить первую атаку Джеймса. Проводив их глазами, Эмрис спросил:
– Я видел, тебя почти убедил план Шоны. И что же заставило тебя передумать?
– Я и так долго просидел в замке, – ответил Джеймс. – Если я собираюсь отстаивать свое право короля, надо сражаться реально, а не на страницах газет. Мне больше по нраву настоящий бой.
Эмрис улыбнулся, и морщинки вокруг его глаз немного разгладились.
– Вот теперь ты говоришь, как человек, которого я когда-то знал, – сказал он.
– Еще кофе, Хью? – спросил Дональд, приподняв кофейник.
– Спасибо, Дональд, мне пора бежать. – Лидер оппозиции взглянул на часы. – В два часа обязательно надо быть в офисе. Я председательствую на заседании Комитета по здравоохранению.
– Хорошо. Я постараюсь побыстрее. Хотел рассказать вам о некоторых планах, я несколько недель над этим работал. – Допив кофе, он отставил чашку в сторону. В ресторане почти не оставалось свободных мест, но было тихо, собственно, поэтому Дональд и назначил встречу здесь. – Как вы посмотрите на то, чтобы занять пост премьер-министра?
– Сначала я бы воскликнул «аллилуйя!», а потом спросил, кого нужно для этого убить, – ответил здоровенный валлиец.
Лидер оппозиции Хью Гриффит руководил пестрым набором отдельных групп и маргинальных партий с особыми интересами: старых лейбористов-социалистов; кельтских националистов; ольстерцев, все еще питавших надежду на выход северных графств из состава Ирландской республики, радикальных либерал-демократов; зеленых; бесправных евроскептиков-консерваторов и прочей нежити с политического кладбища.
Твердая рука Гриффита кропотливо превращала этот разоренный муравейник в нечто относительно сплоченное. Во многом благодаря его выдающимся навыкам и серьезному руководству Объединенный Альянс и смог составить серьезную оппозицию правительству Уоринга. За эти годы Гриффит поднаторел в разрядке взрывоопасных ситуаций. Политологи признавали, что рыжий валлиец ухитрялся в одиночку держать свое непослушное стадо; если бы не Хью Гриффит, оппозиция немедленно ухнула бы в болото противоречивых мнений, идей и планов.
– Я создаю новую политическую партию, – сказал ему Дональд, – и мне нужна ваша поддержка.
– Слушаю, – Хью немедленно стал предельно серьезен. Пальто расстегнуто на брюхе, галстук съехал на сторону – ни дать, ни взять коммивояжер в конце рабочего дня.
– Задача моей новой партии – продвижение единой платформы, – начал Дональд.
– И что это за платформа?
– Возрождение монархии, – сказал ему Дональд. – Партия будет называться «Королевской партией реформ». А создается она исключительно для проведения кампании за победу на референдуме об отмене монархии.
Хью покрутил лохматой головой и вынес вердикт: «Самоубийство».
– А вот я так не думаю. – Дональд с уверенным видом взял кофейную чашку, плеснул из кофейника и залпом выпил. – Стране пора остановиться, пока не стало слишком поздно. Думаю, вы удивитесь, узнав, как много людей со мной согласны.
– Вы спятили, Дональд. «Королевская партия реформ», господи! – Хью с сожалением посмотрел на коллегу. – Король по уши в дерьме. Пресса распинает его. Зачем же именно сейчас подставлять шею под нож?
– До референдума около трех недель. Мы должны его выиграть. Это просто. Более того, общественное мнение готово склониться на нашу сторону. Я признавал и признаю, что нам не везло, монархи попадались сплошь паршивые, но с этим новым королем у нас появился шанс, и терять его нация не должна.
Хью, закаленный в боях ветеран парламентской политики, посмотрел на часы.
– Допустим, вы ставите на нового короля. Сказать по правде, он мне и самому нравится. Но я в этом не участвую. Король там, не король, а я не допущу, чтобы моя партия потерпела еще одно поражение на выборах. Уоринг слаб, еще несколько месяцев, и мы сможем свалить его правительство.
– Вы меня разочаровываете, Хью.
