Разметили промзону в общем виде — металлургия там, механический завод тут. К угольным складам тянуться коксовые батареи, к батареям — коксохимия. Мелкие производства — стеклодувов, электриков, бумажников — чуть вглубь суши, там тяжелых грузов нет. А лесопилку я задумал передвижную, уже делают в Чернореченске.
Разметили первую группу жилых домов, тщательно разметили места под дома, так чтобы улица была ровная и параллельна берегу, но и пара деревьев прикрывала каждый дом. В самом лесу разметили, рубить деревьев много, но нам же из них и строить.
Мне заметили, что от домов до домны далековато — километра полтора получается. Разметили еще один «жилмассив» — ближе к металлургии, геометрию соблюли. Вот между этими «микрорайонами» будет административный центр. Разметили площадь, здание «клуба», мэрию, штаб, резиденцию командора — для себя любимого.
Консулу и строителям наказал — редкие деревья в этом районе без надобности не рубить, нужна тень в такую жару. Но они уже успели оценить лесную прохладу, июнь только начался, а солнце печёт. Еще определили деревья под сторожевые вышки.
Комендант с солдатами сходил в Лияш, надо было тягловый скот купить. Но смог купить только двух волов и одну мелкую лошадь, причем за полуторную цену. Лишнего скота тут нет. Надо будет вести с полуострова. Нет, лучше из Таны — секретность хоть какая-то. Сейчас солдаты сооружают плот, скотину переправить, моста-то нет.
План работ на ближайшее время понятен — построить несколько домов и пристань, чтобы я смог еще людей прислать, со мной приехало только полтора десятка рабочих и два отделения солдат. Мне же пора в Себастополис.
Флотоводец Василий уже ждет. Рассказывает — заходят они в бухту Ло Вати, а им навстречу фуста рванула от берега. Василий наводчику: «В нос целься, пушка там, и от гребцов подальше» Но первый выстрел — мимо. Слишком большое упреждение дал, снаряд перед самым носом галеры. Взрыватель даже от воды сработал, поднялся водяной столб от взрыва и забрызгал нос фусты. У османского топчи (артиллериста) фитиль намок, наверное, стрелять не может. Второй выстрел уже точно в нос попал. Взрывом разнесло кусок борта размером в сажень, у фусты борт тоньше борта мавны. Вода стала поступать в трюм с такой скоростью, что галера словно нырнула в море. Гребцы утонули сразу, были прикованы, остались плавать некоторые османские воины, держась за всплывшие весла. Но на них отвлекаться не стали так как у причала еще одна фуста стояла. В это время на нее грузилась боевая команда.
Увидев, как в страшном грохоте исчезла первая фуста, а таких вражеских корабля целых четыре, воины стали двигаться в обратном направлении. Когда шхуны подошли к причалу, в фусте сидели только прикованные рабы, а все османы скрылись в крепости. Больше боевых кораблей в гавани не было, стояло три фелюки, наверное торговых, и несколько рыбацких лодок. Людей на этих судах не было видно. Я Василию говорил не сходить на берег, но про чужие корабли запрета не было. И инструкцию по работе с захваченными галерами он помнил. Поговорили с гребцами, пообещали расковать позже, рассказали про сказочную страну. Многие поверили, а другим было все равно.
Пробежались по другим судам, у одного купца нашли мешки с зерном, у рыбаков нашли рыбу. Рыбаков тоже нашли, но брать не стали. Когда начали отчаливать, из крепости начали выходить османы с луками. До крепости метров двести, стрела не долетит. Василий дал команду пушкарям. Снаряд в ворота не попал, а попал в стену башни рядом. Так получилось даже лучше — сильный взрыв выбил кусок стены, и во все стороны брызнули осколки камня — раненых было много, может кого и убило. Так что больше никто не мешал.
Гребцам все объяснили по инструкции, и пошли в Себастополис потихоньку. Когда пришли, стали расковывать, черкесы и аланы переспросили — «свободны?», и получив подтверждение, попросились уйти. Места им родные, и сдерживали их только кандалы. Ушло почти сорок человек, осталось полтора десятка русских и литвин, и около десятка крымских армян и греков.
Так что вот еще рабочие — отъедятся, отдохнут и можно на работу пристраивать. Русских посадил на фусту, купил зерна, погрузил туда же. Прицепили фусту к шхуне и потащили в Лияш. Остальных взял на работу в Сухуми. Рядом с городом, в устье реки Гумиста нашел брошенные поля. Простаивают они давно, лет пять, судя по выросшим небольшим деревьям. Будем распахивать, сажать картошку и пшеницу. Купили пару волов и двух коней по нормальной цене, со скотом тут ситуация лучше чем в Лияше. А вот плугов тут нормальных нет, надо свои везти. Но сначала дома надо построить, хотя бы одну большую клеть. Среди солдат нашелся плотник, поставил его руководить бригадой бывших гребцов. Валят деревья, бревна волами подтаскивают.
