Другие предложили нарастить мощность машин на корвете и увеличить скорость. Теоретические расчеты показывают, что в данном случае для увеличения скорости в полтора раза, мощность машин надо увеличить в два с половиной-три раза. Соответственно — во столько же раз надо увеличить мощность/количество котлов, для обеспечения этих машин паром. Если оставлять эти котлы, а их конструкция близка к оптимальной для наших возможностей, то понадобиться десять-двенадцать котлов. Так они займут весь трюм! Несмотря на немаленькие размеры корвета. У нас и так проблемы с размещением людей — спальных мест — кроватей и гамаков, около девяноста. А команда корвета 60–70 человек, до конца еще не определились. Так что если брать больше пехоты на борт, то придется их размещать на палубе, и спать они будут посменно.
И это только проблема котлов. Сами паровые машины занимают не так много места, но у нас просто нет таких мощных машин. Самая мощная и эффективная наша машина — трехцилиндровая тройного расширения, мощностью около двухсот пятидесяти лошадиных сил. На корвете стоит две таких машины, соединённые муфтой. Сделать более мощную машину как-то сразу не получилось. Увеличили диаметры цилиндров — момент увеличился. Но выросли массы поршней, упали обороты. Суммарная мощность увеличилась мало.
Можно соединить три машины муфтами последовательно, но возникают сомнения, что вал задней машины выдержит тройной крутящий момент, надо переделывать конструкцию, а она уже довольно отлажена.
Чтобы соединять машины параллельно, нужен редуктор с качественным профилем шестерней. Тут работы уже идут, освоили один модуль небольшого размера для станков. Но для судового редуктора нужен модуль гораздо крупнее.
Так что в этот габарит корвета сложно добавить больше мощности. Разве что сделать новые котлы большей производительности. Но основной вариант — увеличивать размеры корабля. Тут два основных направления — увеличивать длину, или добавить еще одну палубу, увеличив высоту борта. Увеличение длины полезно улучшением ходкости, число Фруда при той же скорости уменьшится, крейсерская скорость увеличиться. Но добавление еще одной палубы выгодней по затратам. Площадь палуб увеличиться в полтора раза, а внутренних помещений — в два раза. При этом металлоемкость и трудоемкость вырастет несильно. Так что лучше двигаться по обоим направлениям. Но это не завтра, это мечты.
Еще было предложение по увеличению бронирования. Аргументом были натурные испытания образцов бронированного борта, в некоторых случаях толстый лист простой корабельной стали вел себя лучше, чем бронелист с поверхностной закалкой. Пластичная сталь могла гораздо сильнее деформироваться при попадании, поглощать при этом больше энергии снаряда. Еще у высокоуглеродистого слоя бронелиста хуже свариваемость, при испытаниях наружные швы часто разрушались. Так что получается вполне рабочий вариант замены 20 мм бронелиста на 25–30 мм лист обычной стали. Этому еще обрадовались металлурги — проводить науглероживание поверхности листа таких размеров довольно трудоемко. Так что недостаток у этого варианта только один — вес.
Дали задание конструкторскому бюро рассчитать увеличение веса. У нас бронирована основная часть корпуса ниже верхней палубы, и броня уходит ниже ватерлинии еще на метр. Не бронирована носовая оконечность и часть кормовой после румпеля. Вот эту поверхность мы и хотим сделать толще.
Конструктора доложили, что увеличение бронепояса до 25 мм увеличит водоизмещение на семь тонн, до 30 мм, соответственно, на четырнадцать. Так что решили переходить с бронелиста на толстый лист. Семь тонн для корвета это немного.
Нам из Крыма купцы привозят нефть. Привозят в кувшинах — дорого и мало. За все время привезли менее кубометра. Мы нефть сразу разделяем на фракции, разливаем по стальным бочкам. Масла и парафины уходят на смазку механизмов и паровых машин, керосин идет в керосиновые лампы. Бензин и соляровое масло копится. Бензина — неполная бочка, зажигалки заправляем. Надо эти источники нефти брать под свой контроль. Один колодец близко к Каффе, а вот второй ближе к Казантипу — надо разведать, как там обстановка.
Но тут пришел заготовитель, что скупает нефть у купцов в Мавролако, и спрашивает: можно ли брать такую нефть — она другая, густая. Он купил один кувшин, на пробу, и теперь переживает — вдруг эта нефть плохая.
Пошли с ним смотреть — кувшин на пристани. Кувшин широкий — потому как там в основном битум, частично — густая нефть. Странно, битум там уже давно вывезли, из него битумный лак делаем.
— Это что, купцы где-то с камней битум наскребли?
— Да это вообще черкес принес. Когда я у каффских купцов кувшины с нефтью покупал, он в сторонке стоял, потом подошел — показывает — «Купи!»
— Откуда у черкеса битум?
— Говорит — в лесу нашел.
— Где!?
— Да где-то в горах, на полдень от Копы.
— И как его найти, того черкеса?
— Да это мелкий купец черкесский, он в Копе всякой всячиной торгует.
