Онгстад. 4-7-40.
Дорогая Йордис!
Ты не поверишь, но я в ужасе, что ты не получила моего письма, которое я отправил тебе почти месяц назад. Представляю себе, что ты могла подумать, когда и без того все так плохо!
Не проходит дня, чтобы я не думал о тебе. Не сердись на меня! И поверь, что я тоже ждал от тебя писем. Из дома тоже ничего не было. Ни слова. Между, прочим, я послал тебе фотографии, которые были сделаны во время нашей с тобой прогулки. К счастью, у меня есть по пять копий каждого снимка. Теперь я отправлю их заказной почтой и надеюсь, ты их получишь даже в такое беспокойное время. Я тот же, каким был всегда. Должен рассказать тебе жуткие новости, которые узнал от дяди Рудольфа, когда он вернулся сюда с Хамарёя. Ленсмана Вита арестовали за "саботаж"! Этого следовало ожидать. Его жена и остальные члены семьи предстали перед "военным судом". Немцы не дают нам вздохнуть.
Ты пишешь, что собираешься в поход с Турстейном и другими ребятами и что ты знаешь, как я к этому отнесусь. Надеюсь, когда ты получишь это письмо, твое отношение ко мне изменится. Ведь я такой же, каким был всегда.
Извини, что я иногда пишу на ландсмоле, [15]здесь, в Высшей народной школе мы пользуемся в основном этим языком.
Твой друг Ханс.
