Виньегорден. 16-9-40.
Мой дорогой Ханс!
Знаю, что ты ждешь моего письма. Признаюсь, я нехорошо вела себя, но, понимаешь, мне захотелось чуть-чуть тебя проучить, чтобы в следующий раз на мои письма ты отвечал немного быстрее.
Я все еще в Бё и останусь тут еще на месяц, однако зимой буду жить дома. Там нужна моя помощь. Сегодня я собирала бруснику и, пока была в лесу одна, вспоминала, как все было иначе в это же время год назад, когда мы с тобой только недавно познакомились. Зря ты в такие времена нанялся на "Хадсель"! Говорят, немцы прочно у нас обосновались. Я боюсь, как ты выдержишь такую работу, ведь тебе приходится слишком мало спать. Всего шесть часов в сутки, а этого недостаточно.
Известие о гибели на войне Ханса Баккели очень огорчило меня. Надеюсь, на Хамарёе больше никто не погиб? Мне кажется чудом, что все наши близкие, и в Осло и здесь, на Севере, живы и здоровы. Мой брат, к счастью, вернулся из этого ада целым и невредимым.
Спасибо тебе за красивую фотографию. Я сразу же поставила ее на свой ночной столик. Всего тебе самого доброго.
Обнимаю.
Йордис.
