– Эти девушки, так не похожи, но судьба у них одинакова. Обе воспитывают сыновей без мужей. Сам понимаешь, какое у них положение в семье. Я тебе вновь напоминаю, что по большому счету, коллектив дружный. Тебе будет работать с ними легко. Да и к тому же очень весело. Сам увидишь.
Завершив инструктаж, сеньор Дино связался по мобильному телефону с секретаршей, и предупредил, что зайдет через полчаса.
Позвонив в дверь фирмы, сеньор Дино сразу вошел вместе с Тони, не дожидаясь приглашения. Было понятно, что здесь он желанный гость. Первой Тони узнал по описанию Ирэн. Ее стол стоял у входа. Она сидела за ним с вытянутыми вперед руками и растопыренными пальцами, сушила лак на ногтях. Напротив нее, метрах в пяти, сидя на своем рабочем месте Элен докрашивала второй глаз. Увидев гостей, девушки радостно забеспокоились.
– Сеньор Дино, Вы так давно не заходили к нам, мы соскучились, – посетовала Ирэн, встала с места и неуклюже обняла старика, растопыренные пальцы мешали.
Вытащив из пакета плитку шоколада, он положил ей на вытянутую ладонь. Чтобы удержать ее, она удачно накрыла ее второй ладонью, обрадовавшись своей смекалке – лак на ногтях не пострадает. Она понесла подарок к столу и бережно опустила его.
Стоя позади, Тони видел, как тепло Элен приветствовала своего старого коллегу. Когда они дважды обнялись, он хорошо заметил разницу между крашеным и некрашеным глазом. Получив полагающуюся ей шоколадку, она грациозно пританцовывая, виляя будоражащими воображение, бедрами, пошла к своему рабочему месту, завершить начатое.
– Я вижу, у вас все по-прежнему, работа кипит, – улыбаясь заметил сеньор Дино.
– Сеньор Дино, какая тут работа, – не глядя в его сторону, Элен продолжала смотреть в зеркало, стараясь сделать оба глаза одинаковыми. – Давно нет работы, как Вы ушли на пенсию, так охранные объекты только сокращались. И этот – последний. – Карандашом для подводки глаз, она указала на свой рабочий стол.
– Через два года и это место закроется.
– А руководство, наверное, предпринимает шаги для будущего?
– Конечно, что-то делают, вот они и сейчас совещаются, – Ирэн наполнила чашку чаем, положив на поднос бутерброды, понесла к шефу.
Из открытой двери кабинета начальства доносился чей-то крик. Сеньор Дино спросил:
– Это Джулио по телефону говорит?
– Нет, он с Энтони беседует. А Воли нет в кабинете, еще рано. Он в такое время не приходит, сами знаете, – многозначительно усмехнулась Ирэн.
– Но мы слышали только один голос, – продолжал удивляться отец Карлы.
Закончив все свои дела, оставшись довольной проделанной работой, Элен поучительно напомнила ему:
– Наш сеньор Энтони всегда говорит тихо, – и переведя взгляд на Тони, продолжила, – он очень опасается, как бы лишняя информация, не стала достоянием гласности, конкуренты не дремлют.
Подняв правую руку, она в воздухе погрозила кому-то указательным пальцем, то ли всерьез, то ли иронизируя, подражая сеньору Энтони.
– Я их предупредила, сеньор Дино, когда входила к ним, через несколько минут Вас примут.
Войдя в кабинет к начальству, они поздоровались, как старые друзья. Пока все вспоминали старое доброе время, Тони, разглядывая стены офиса, понял, кто является кем, практически на всех фотографиях красовалось только одно лицо в окружении кардиналов, священников и монахов. И это был, разумеется, сеньор Джулио.
Вот он стоит перед епископом на коленях, здесь он истово молится, тут он исповедуется, а там – в обнимку с человеком похожим на Папу Римского. И еще вспомнил, похожие фотографии были меняющейся заставкой на всех компьютерах, стоящих на столах секретарш. Тогда он подумал, наверное, его так сильно любят все. Сеньор Энтони, сидя на диване, разглядывал какие-то схемы. Вежливо поздоровавшись, он предложил Тони присесть рядом. Когда наступила подходящая пауза, сеньор Джулио, взяв телефон в руки, демонстративно оглядев всех присутствующих, остановив свой взгляд на Тони, мол учись, молодое поколение, заговорил в трубку.
– Падре Сантьяго, я тут собираюсь пить чай, благословите.
Получив то, что хотел, положил трубку. Энтони, не глядя в его сторону, обратил внимание:
– Джулио, ты забыл попросить благословения по поводу бутербродов.
– Да, я помню, но они холодные. Я не собираюсь есть их такими, – и громко крикнул секретарше.
Испуганным девушкам, уносящим бутерброды, пришлось выслушать нотацию в свой адрес, как они все желают его смерти и стараются убить его такой едой. И привел в пример Энтони – тот никогда не ест и не пьет приготовленную их руками еду.
Тут вошел третий компаньон. Его Тони узнал сразу. Он даже выглядел лучше, чем описал сеньор Дино. Седые серебристого цвета волосы были аккуратно уложены. Красивая бородка, говорила о его холености и изысканности манер. Дорогой костюм с иголочки, смотрелся на нем, как на манекене, без изъянов.
Поздоровавшись со всеми за руку, в том числе с Тони, он опустился в свое удобное кресло. Осмотрев дюжину курительных трубок, покоящихся на специальной подставке на столе он выбрал одну из них, стал специальным ножичком усердно очищать и продувать ее.
