А потом в одно мгновение свершилось все самое ужасное. Йибан вышел из-за куста и решительно устремился к Кейпу. Мисс Баннер промчалась мимо Йибана и упала в объятия Кейпа, бормоча «Уоррен». Пастор Аминь начал смеяться. Лао Лу завопил: «Суке не терпится случиться с псом!» В воздухе сверкнул меч — крак! — потом еще раз — клак! И прежде чем кто-либо из нас успел что-то понять, к моим ногам уже катилась голова с искаженным криком лицом. Я уставилась на голову Лао Лу в ожидании его обычных проклятий. Но он почему-то молчал. За спиной я слышала рыдания и стоны чужеземцев. И тогда звериный вой вырвался из моей груди, и я упала на землю, силясь соединить голову и туловище Лао Лу, чтобы он стал прежним. Но тщетно! Я вскочила на ноги и гневно уставилась на Кейпа. Я была готова убить его или умереть. Я шагнула вперед, но мои ноги вдруг сделались ватными, будто из них вынули все кости. Ночь стала темней, воздух — тяжелей, когда земля вздыбилась и залепила мне лицо.
Когда я открыла свой единственный глаз, то увидела свои руки и поднесла их к шее. Моя голова была на месте, как и большая шишка на лбу. Неужели кто-то свалил меня с ног? Или я сама потеряла сознание? Я оглянулась. Тело Лао Лу исчезло, но земля была еще сырой от его крови. В следующую минуту я услышала крики, доносившиеся из другого конца дома. Я торопливо спряталась за деревом, откуда, через распахнутые настежь окна и двери, я могла видеть столовую. Все было словно в странном кошмарном сне. Лампы ярко горели. За маленьким столом, где прежде обедали китайцы, теперь восседали маньчжурские солдаты и Йибан. Посередине стола лежала большая кость — черное мясо на ней еще дымилось. Кто принес туда эту еду? Где чужеземцы нашли масло? Генерал Кейп сжимал по пистолету в каждой руке. Он направил один из пистолетов на Пастора Аминь, который сидел рядом с ним. Раздался щелчок, но выстрела не последовало. Все засмеялись. А Пастор Аминь руками принялся отрывать куски мяса.
Чуть погодя Кейп что-то приказал своим солдатам. Они подхватили мечи, быстро прошли по двору и исчезли за воротами. Кейп встал и поклонился Почитателям Иисуса, словно благодарил почетных гостей. Он протянул руку мисс Баннер, и они, словно император с императрицей, неторопливо прошествовали по коридору к ее комнате. Вскоре оттуда донеслись ужасные звуки музыкальной шкатулки.
Мой взгляд перелетел обратно к столовой. Чужеземцы больше не смеялись. Мисс Мышка закрыла лицо руками. Доктор Слишком Поздно утешал ее. И только Пастор Аминь улыбался, рассматривая кость. Йибана там уже не было.
Целый рой дурных мыслей пронесся в моей голове. Ничего удивительного, что чужеземцев зовут белыми дьяволами! У них нет никаких принципов. Им нельзя доверять. Когда они говорят «кто ударил тебя в правую щеку, обрати к нему и другую», это значит, что у них два лица: одно хитрое, другое лживое. Как же я была глупа, называя их моими друзьями! И где теперь Зен? Как можно было подвергать его жизнь опасности из-за них?
Распахнулась настежь дверь, и из комнаты вышла мисс Баннер с лампой в руке. Она игривым тоном позвала Кейпа, потом закрыла дверь и пошла во двор. «Нули! — пронзительно закричала она по-китайски. — Нули, иди сюда! Не заставляй меня ждать!» О, как я разозлилась. Да кто она такая, чтобы звать свою рабыню? Она искала меня, бродя по двору. Я шарила по земле в поисках камня. Но все, что я нашла, был малюсенький камешек, и, сжимая в руке это крошечное оружие, я убеждала себя, что на этот раз размозжу ей голову.
Я вышла из-за дерева. «Нуву!» — отозвалась я.
Как только я назвала ее ведьмой, она резко повернулась, и лампа осветила ее лицо. Она все еще не могла меня видеть.
— Итак, ведьма, — сказала я, — ты знаешь свое имя.
Один из солдат приоткрыл ворота и спросил, не случилось ли чего. Я думала, что мисс Баннер распорядится отрубить мне голову. Но она спокойно ответила:
— Я звала свою служанку.
— Хотите, чтобы мы поискали ее?
— Ах, нет. Я уже нашла ее. Видите, она вон там. — Она показала на темное пятно на противоположном конце двора. — Нули! — прокричала она в темноту. — А ну-ка, быстро принеси мне ключ от музыкальной шкатулки!
Что она говорила? Там никого не было. Солдат вышел, захлопнув ворота. Мисс Баннер повернулась и поспешила ко мне. Через минуту ее лицо приблизилось к моему. В свете лампы я увидела несказанную муку в ее глазах. «Скажи, ты все еще мой верный друг?» — спросила она мягким печальным голосом и протянула мне ключ от музыкальной шкатулки. Прежде чем я поняла, что это значит, она прошептала: «Вы с Йибаном должны сегодня бежать. Пусть он презирает меня, иначе он не уйдет. Ты должна убедиться, что он в безопасности. Обещай мне». Она сжала мою руку. «Обещай», — повторила мисс Баннер. Я кивнула. Потом она разжала мой кулак и увидела камешек. Она взяла его, положив вместо него ключ. «Что? — закричала она. — Ты оставила ключ в павильоне? Глупая девчонка! Бери лампу, ступай в сад. И не смей возвращаться с пустыми руками».